6
0– Оставь, я приберу, – сказала Мариса. – Иди, тебе пора. Скажи обо мне лорду Ивину, спроси, как нам с ним встретиться, хорошо?
Итак, оставалось ждать. Сидеть без дела было трудно, и Мариса занимала себя как могла, она вымыла посуду и пол во всем доме – к изумлению благодарной хозяйки, которой то и дело нездоровилось. А ещё она прибралась в своей комнате, разложив и передвинув всё по своему вкусу, замесила хлеб, полила цветы возле дома, прошлась по улице и даже заглянула в лавку – раз уж Алфин сказал, что можно. Может, она останется тут только до вечера этого дня, кто знает? Но пусть бы и дальше было спокойно и никому она не понадобилась, кроме Рыжего, конечно.
Кроме Ивина Монтери, её лорда.
Алфин вернулся после полудня, насупленный и взволнованный.
– Не знаю даже, как сказать, – начал он. – Лорд Монтери в тюрьме, эсса… То есть Мариса…
– Что?.. – у неё подкосились ноги и она рухнула на табурет. – Как это может быть?
Алфин пожал плечами. Пояснил:
– В тюрьме при Судебной Управе. Это не для знати тюрьма, а так, для всех. Как будто у лорда есть какие-то долги. Это сказала Фана, горничная графини. Больше никто ничего не знает. Сама леди то плачет, то в обмороке, и у неё лекарь. И никто не ждет, по-моему, что лорда Монтери завтра отпустят.
– Повтори всё, что ты сказал, Алфин, – попросила Мариса.
Тот повторил, почти слово в слово. Смотрел виновато.
– Да отпустят его, – добавил. – Он сын графа Корбута. С таких, как он, всё как с гуся вода.
– Спасибо, Алфин. Пойдём, я накормлю тебя обедом, – она поднялась. – Сегодня я пекла хлеб, не знаю, понравится ли тебе.
Вот так. А потом она сядет и подумает…
Законник оказался высоким худым стариком. Имени его, оказывается, никто не знал, так все и звали: эсс Законник. И на самом деле он был стряпчим с дипломом, а может и нет. Алфин точно не знал. Дом у Законника был не больше, чем у эссы Тариты, но полки с книгами закрывали все стены, и, взглянув на корешки, Мариса сразу поняла, что это не книги для лёгкого чтения. Зато уродство Марисы Законник даже не заметил – из-за огромной близорукости он видел лишь то, что подносил к самым глазам.
– Садитесь, эссина, я должен взглянуть на ваш почерк, – он показал пальцем на стол, где стоял письменный прибор.
Табурет Марисе принёс Алфин из соседней комнаты. Она села и написала полстранички под диктовку. Законник рассмотрел написанное, приблизив бумагу к самому носу, и объявил:
– Вы подходите. Приходите завтра утром, когда солнце будет на крыше кузни. Пятьдесят доринов в день, работы много.
Половина дрера в день. Что ж, ладно.
– Спасибо, эсс. Я приду, – пообещала она.
Про время уточнять не стала, решив спросить у Алфина, где та кузня, что бывает с солнцем на крыше.
– А твои как дела, Алфин Сорр? – обратился законник к мальчику.
