Роза песков

И хозяин, который не ждал ничего подобного, и работники во дворе, двое из который, как сейчас отчетливо видела Нариз, носили рабские ошейники.

Для мастера Нассара ситуация вообще выходила за грань разумного – кто-то посмел ему запретить ударить собственного раба! Но адреналиновый всплеск гнева был резко перебит смазливой девчонкой, и сейчас мастер не мог сообразить: «Продать? Не продавать? Да как она вообще посмела! Но ведь он действительно стар и никому не нужен…».

Нариз стояла совершенно спокойно, ожидая решения. И жадность мастера победила – начался торг. Старик в это время, поняв, что его больше не будут бить, с трудом и кряхтением поднявшись, неловкими руками пытался отряхнуть одежду, не замечая, что только марает ее кровью из ссаженной ладони.

Покупка раба была делом серьезным. Потому, прихватив пару соседей в свидетели, отправились вместе со стариком, имени которого Нариз так и не удосужилась спросить, на рабский рынок – только там была контора, где могли оформить сделку.

Нариз пришлось заплатить десять серебряных денариев. Из них только шесть составляли стоимость самого раба, два ушло на оплату документа о покупке, еще один взяли в качестве налога, а последним она оплатила работу свидетелей-соседей, не слишком молодых и любопытных мужчин.

Сумма была совсем не маленькая. Честно говоря, она была значительно больше той, на которую думала потратиться Нариз. Но возражать не стала и дело довела до конца – был в этой ситуации некий бонус, который для нее, пожалуй, даже важнее покупки – первый раз в этом мире, она получила на руки некое подобие документа, хотя бы частично удостоверяющего ее личность -- купчую.

Это был небольшой кусок пергамента, навивающийся на двадцати сантиметровую цилиндрическую деревяшку.

Дальше шел перечень тех самых особых примет из трех пунктов и отпечатки пальцев свидетелей, самой Нариз и пузатого чиновника, который оформлял сделку.

Надо сказать, что требование поставить отпечатки пальцев вместо подписи искренне удивило её. Выходит, в этом мире уже знают, что отпечатки пальцев никогда не повторяются.

По завершении сделки соседи мастера Нассара неловко мялись, намекая на то, что после такой удачной покупки положено ставить угощение и вопросительно заглядывая ей в глаза.

Нариз спокойно оглядела двух мужчин средних лет, которые за потраченные на ее дело пару часов заработали чуть ли не недельную зарплату, и со всеми реверансами ответила, что неприлично молодой девушке посещать заведения в компании чужих мужчин.

-- Мой брат не одобрит.