Роза песков

Пусть даже эти станки и не электрические, а на водяной или паровой тяге, это все равно говорит о том, что быт там будет для нее более привычным, чем в юртах кочевников.

Кроме того, пусть она и прихватила с собой изрядный груз золота, но все деньги рано или поздно кончаются. Да и путешествие будет стоить изрядно. Значит нужно придумывать, чем она будет зарабатывать на жизнь.

Были и еще причины, о которых она также не могла сказать брату. Что знает мальчишка, выросший в степи о психологии? Да, ничего не знает. Он прекрасно разбирается в конях, овцах, в приметах погоды, в походной жизни.

Зато он не умеет читать и писать, и заставить его, считающего себя в данный момент старшим мужчиной в роду, учиться этому всему будет занятием не из легких.

А вот оторванный от родной почвы, он сможет увидеть другие города и других людей. Сможет понять, что цель жизни не обязательно сводится к тому, чтобы стать предводителем племени или завести собственный дворец. Поэтому Нариз давила на то, что боится оставаться здесь, что убийцы, возможно, идут по их следу и рано или поздно схватят. И кто тогда отомстит за смерть Барджан айнура?

Спор не был особенно горячим.

Гуруз понимал, что в целом сестра права. Но даже себе он боялся признаться, что его страшит такое долгое путешествие – слишком долго он был средним сыном в семье, подростком, пусть и любимым отцом и матерью, но не наследником, не гордостью рода.

Показать свою слабость сестре он не мог. Потому в точности повторив жест отца, который видел не раз, он взмахнул рукой, как бы отсылая женщину из шатра, и заявил:

-- Замолчи, дочь Хирга! Не зря предки говорили, что у бабы волос длинен, а язык еще длиннее – у меня уже болит от тебя голова!

Нариз сдержалась с трудом.

Ей очень хотелось закатить самоуверенному братцу мощный подзатыльник. Однако, она промолчала и дала время успокоиться и ему, и себе.

Спор происходил за завтраком. Она нарочито медленно доела политую медом мягкую лепешку, запила чем-то похожим на простоквашу, дождалась пока брат отодвинет от себя опустевшее блюдо и сказала:

-- Чем больше мы спорим, Гуруз, чем дольше мы ссоримся, тем больше шансов даем мы нашим врагам.

Гуруз вспыхнул было, открыл рот, собираясь продолжать, но она просто повернулась к нему спиной и легла, уткнувшись лицом в стену, -- все деньги были у нее, также, как и все золото. И рано или поздно он должен был это сообразить.

Полдня они сидели в комнатенке, никуда не выходя и не разговаривая. В это время прибыл большой караван откуда-то, забегали слуги, распределяя животных, загомонили жильцы в соседних комнатах, потом все стихло. А в комнате все еще стояло напряженное, нервное молчание.