Суббота Воскресенского

– И что тебе сказал этот легендарный мужчина?

– Он пригласил меня в свое шоу.

– Это потрясающая новость!

– Я тоже так считаю.

Теперь у Эжени кроме блестящих глаз была еще и широкая улыбка. Он понимал. Участие в шоу означает, что она снова будет кататься.

Женя не могла сидеть на месте, она вскочила из-за стола и начала ходить по кухне.

– Он сказал, что у меня будет даже сольный номер. Представляешь?

Дан представлял. Он наблюдал за Женей и улыбался. Кажется, удача снова повернулась к ней лицом.

– Ты сможешь совмещать тренировки и репетиции?

Эжени перестала ходить и снова села за стол.

Взяла кусок колбасы и принялась его жевать.

– В этом-то и проблема.

– Поговори с Людмилой Борисовной. Я думаю, она пойдет тебе навстречу. Если репетиции будут вечером, ты сможешь тренировать утром, и наоборот.

Женя завертела головой, отрицая его слова.

– Ты не понимаешь. Дело в том, что репетиции будут в Сочи и спектакли пройдут там же. Мне придется уехать.

В Сочи? Уехать? Дан отложил бутерброд в сторону. Аппетит как-то резко пропал.

– На сколько? – спросил он.

– Точно не знаю. Может, месяца на два с половиной, а может, и больше.

В майские праздники состоится премьера. Спектакли точно продлятся числа до десятого. А репетиции начнутся уже в марте. И как сказать об этом Людмиле Борисовне, я не знаю.

– Ты оставишь своих девочек?

Он хотел сказать «бросишь», но вовремя заменил слово.

– Я не хочу, но… – Женя снова встала, подошла к окну, посмотрела на двор, потом взяла яблоко и стала его мыть. – Знаю, что это нехорошо. Но также я знаю и то, что во второй раз меня не пригласят. Я просто не использую свой шанс. Скорее всего, единственный.

Шум воды заглушал слова. Но Дан слушал внимательно и все слышал.

– Да, я понимаю, – медленно проговорил он.

Сочи не Москва. Это все меняло. Дан вернулся к кофе. Бутерброд рядом лежал нетронутый. Дан пил кофе и думал вовсе не о девочках. Хотя, наверное, должен был. Он думал о том, что Женя уедет на два с половиной месяца, а может, и больше, и весной они уже не будут жить вместе, в одной квартире. И он не имеет права ее отговаривать. Потому что да – это ее шанс. И, скорее всего, единственный.

– Как же мы будем видеться? – спросил Дан.

Женя перекидывала вымытое яблоко из одной руки в другую.

– Ты можешь ко мне приезжать, как тогда в Питер. Есть такой самолет «Москва – Сочи».

– Прости, – медленно проговорил Дан, – но с регулярными рейсами может не получиться. У меня защита диссертации.

– Да, я об этом не подумала, – слегка растерянно ответила Женя. – Но мы ведь обязательно что-нибудь придумаем, правда?

Красавица Соня подкатила к Марку в обеденный перерыв, когда тот стоял в коридоре, ожидая лифта, и намекнула, что скучает.

– Я тоже скучаю, малыш, – ответил Марк – но работы завал и вообще проблемы.