Сто удач и одно невезение

– Ой.　– Зинуля саркастически произнесла тоном конферансье, объявляющего конец представления.

– Может, мы переборщили?　– рассматривая шевелящийся ворох одежды, спросила мама Светлана Николаевна.

– У самый раз!　– удовлетворенно произнес дедушка Лева.

Упав, вешалка угодила снайперски Алексею ребром верхней полки в лоб. А нижний маленький ящичек для чистящих обувных и одежных средств, используемый папой не по назначению, а для хранения винтов-болтов-гаек, со всем тяжелым содержимым очень неудачно выпал, угодив Алексею по ноге и сломав ее в районе лодыжки.

Черепно-мозговая, рваная рана на лбу, повреждение слизистой глаза, перелом лодыжки – через сорок минут его увезли на скорой.

Зинаида сопровождала с вещичками, документами, держала за ручку всю дорогу и громко сокрушалась о «случившейся» неприятности, как и положено жене. Паспорт его, после оформления потерпевшего на койко-место, забрала, чтобы на следующий же день подать на развод.

Пока Алексей лежал в больнице, их развели, знакомые через знакомых помогли, обошлось без личного участия в процедуре одного из супругов. Замки на входной двери сменили, розыскные мероприятия по выявлению учебного заведения, в котором учится бывший супруг, и предыдущего, до «счастливой» семейной жизни, места проживания провели.

Вещи на это самое место, а именно в комнату в коммуналке, которую Алексей снимал пополам с одногруппником, перевезли.

Из больницы она его встретила. Вручила свидетельство о разводе, усадила в такси, которое оплатила и отправила, помахав вслед ручкой. На все его вопросы: почему? как? зачем?　– отвечала спокойно, подбавив в голос печали:

– Я тебя разлюбила и поэтому жить вместе больше не хочу!

Кто он был на самом деле, какие планы строил, выяснять Зинуле не хотелось, да и не нужно это никому, кто есть, тот и есть, отдельно от нее, и счастья ему в жизни.

Ритка, кстати, тоже развелась, но без таких экстремальных напрягов, по общей мировой договоренности двух сторон. Папа у ребенка остался действующим и участвующим отцом, а не отстраненным и номинальным, как и бабушка с дедушкой с его стороны.

– Ну что, девчонки, сходили замуж?　– весело спросил их как-то Риткин папа, Аркадий Петрович.　– Понравилось?

– Не-а!　– хором ответили барышни неразумные.

– Ничего!　– подбодрил Аркадий Петрович.　– В следующий раз повезет больше!

–　И что, повезло больше в следующий раз?　– улыбнулся Захар.

Она точно знала, что улыбнулся, чувствовала теплом в груди, слышала по голосу.

– Ритке уж точно!　– хмыкнула Зинуля.　– Она там еще трижды побывала! И от каждого брака у нее остались разнообразные яркие воспоминания, обогатившие знание о замужестве, и дети.

– В смысле? У нее что, четверо детей?　– поразился Захар.