0
0– Это же гран-при победителю всех соревнований! Ты поддерживаешь во мне уверенность суперлюбовника! Когда женщина только от одной твоей улыбки растекается лужицей, это же о-го-го! Тем более в моем возрасте!
– Да какой там у тебя возраст, суперлюбовник? – возроптала Зинаида преувеличенно наигранно. – Мальчишка! Вьюноши отдыхают, если вспомнить, что ты только что проделывал в кровати и до нее!
– Говори, говори, женщина! – плавал в полном морально-физическом удовлетворении Захар Игнатьевич Дубров.
Он поставил перед Зинулей большущую тарелку с ломтем горячего мяса, украшенного помидором, листьями салата, маленькими маринованными огурчиками, красота натуральная! Наполнил доверху бокалы шампанским…
А Зинаида неожиданно переключилась с дурашливой радостной пикировки на серьез, сама не успев понять, зачем и почему.
– Удачной тебе поездки, Захар! – очень серьезно, без намека на смешливость, произнесла она и подняла бокал.
– Да, – согласился он, перестав улыбаться, – поездочка предстоит еще та!
Они звонко чокнулись, отпили, и Зинаида с удовольствием принялась за предложенные яства, а Захар…
Вот черт знает почему! Наверное, потому, что они постоянно находились на одной волне чувствований, переживаний, любых эмоциональных перемен – одним дыханием, как так получалось? Загадка! Но стоило одному что-то подумать, переключиться с радости на серьез, с шутки на неловкость, второй тут же считывал и подхватывал! Одному Богу известно, как это объяснить, но сегодня что-то происходило между ними непростое, удивительное…
И на ее серьезный тон он тут же отреагировал нелегким признанием.
– Зин, я не буду тебе звонить оттуда! – бабахнул, как из орудия выстрелил.
– Плохая связь? – перестала резать мясо и внимательно посмотрела на него Зинаида.
– Связь там действительно хреновая, но не в этом дело. Ты же сама понимаешь, кто хочет – дозвонится. Я реально отдаю себе отчет, что меня ожидает тяжелая работа, непростые решения, перестановка и увольнение кадров, да много чего, пахота, одним словом! А поговорив с тобой, я буду выбиваться из рабочего настроения, растекаться и хотеть скорее все бросить к чертовой матери и приехать…
Он бы еще много чего мог говорить, убеждать, аргументированно объяснять принятое решение, но Зина остановила, мгновенно поняв, что не о том он, не о том!
– Стоп! Стоп! – покрутив, не соглашаясь, головой, даже ладошками, обращенными к нему останавливающим жестом, потребовала Зинаида.
Он молчал, смотрел на нее в упор, и Зине казалось, что в этот момент он ее ненавидит, – желваки заходили на скулах.
