Специалист по кадрам

Через несколько минут мы втроём загрузились в мою машину.

— К сожалению номер телефона Шода не оставили, — сказал я, — Не знаю, по-прежнему мальчик там, или его перевезли в другое место.

— Он там, я чувствую, — заверил Шоушан, — Крути свою баранку, обычный воробей.

В этот раз я подъехал прямо к зданию бывшего ресторана. В отличие от желтого кабриолета моя машина неприметная. К тому же я хотел заявиться предельно открыто, чтобы екаи Шода видели, что я не крадусь, что пришел с добрыми намерениями.

Поднявшись на второй этаж в обеденный зал бывшего ресторана, застал те же лица. Акихиро сидел за столом и опять рисовал на куске оберточной бумаги.

Обратил внимание на стоящий у стены цветастый ящик, в каком ребенок мог бы хранить свои игрушки. Ящик был запакован, но Акихиро, видимо, не спешил его распаковывать, а ограничивался тем, что отрывал по небольшому куску оберточной бумаги, чтобы нарисовать очередную картинку. Химик и крепыш тоже были здесь.

— Извините, что появился без предупреждения, — сообщил я громко с лестничной площадки, — У меня нет вашего номера телефона.

— Проходите, раз пришли, — пригласил химик, — Есь какие-то новости?

— Есть и даже несколько. Во-первых, мы изловили екая альбиноса, того самого белого волка.

— Хорошая новость, — обрадовался крепыш, — Накамура нас больше не подозревает?

— Думаю, нет. Нам удалось выйти на предателя, который работает в Техиро. Он давал альбиносу наводки. Про юриста этот предатель тоже знал наверняка. В общем, его сейчас допрашивают с пристрастием.

— Прямо радуете новостями.

— А еще я хочу представить вам своих друзей. Прошу познакомиться, Чинами-сан и Шоушан-сан. Они предметно расскажут вам о цели нашего посещения.

Я предоставил моим спутникам рассказывать про обряд. А сам стал наблюдать, как мальчик рисует. В этот раз он скорее всего ваял автопортрет, хотя лицо пока было не прорисовано, а только обозначено контуром.

Химик и крепыш рассказ об обряде восприняли сдержанно.

— Мы не ропщем на свою судьбу, — заявил химик за обоих, — Для нас большая честь служить роду Шода.

— То есть вы против обряда? — спросила Чинами с удивлением.

— Не против. Но решение должен принять Акихиро.

Мы все перевели взгляд на мальчика, продолжающего чиркать карандашом и полностью поглощенного своим занятием.

Маленький Акихиро закончил рисовать окружающий антураж в виде ряда ресторанных столов и стоящих вокруг них стульев и вернулся к центральной пока только контуром обозначенной фигуре своего рисунка. Немного подумав, в круг лица врисовал два глаза, затем вывел закорючку носа. Переместил кончик карандаша ниже и снова задумался.

Почему-то мы следили за его действиями, затаив дыхание. Он отложил черный карандаш, взял в руку красный и нарисовал под носом улыбающийся рот.