0
0— А она рассказывала о своей работе в массажном салоне?
— Мы вообще мало с ней говорили, потому как редко пересекались. Днем я работал декоратором, по вечерам — барменом. Желали друг другу «доброго утра» или «доброй ночи», сталкиваясь в районе ванной, — в зависимости от времени дня — вот и вся любовь.
— Она привлекательна?
— Да, но малость шлюховата.
— А вы слышали что-нибудь о расследовании убийства? Лайонел Блаттнер, слыхали?
— Лайонел Блаттнер? Хозяин газетного киоска?
— Полиция несколько раз допрашивала ее по этому поводу, потому как он захаживал в салон и она ему дрочила.
— Она упоминала Блаттнера?
— Говорила, что он дядька щедрый.
— А вам известно, откуда полиция прознала о том, что он заглядывает в это заведение?
— Кэнди говорила, что их навела одна из ее товарок.
— Может, еще что посоветуете?
— До вас доходили какие-нибудь слухи об убийстве Блаттнера? За что его убили? Хоть какие-нибудь версии?
— Так, чепуха какая-то. Типа, его казнила мафия. Все такая чушь.
— Может, это правда?
— Шутите? Здесь, у нас? Мафия?
— Да, понимаю. Так, может, у вас есть какие-нибудь предположения?
— Его вроде бы связали? Убили выстрелом в голову? У нас тут так обычно не делают.
Винс был с ним согласен. У них так обычно не делали.
— Я все-таки думаю, это как-то связано с массажным салоном. Они там черт знает чем занимаются, но они не убийцы. Что правда, то правда.
Винс записал номер своего мобильника и протянул листочек Дейву.
— Если вы что-нибудь узнаете или вспомните что-нибудь интересное — дайте мне знать.
— Можете быть уверены.
Дейв проводил его до двери, и они пожали друг другу руки.
Начинался прилив, и море было неспокойным. Винс шел по прибрежному бульвару и курил «Мальборо». Уже стемнело, и фонари вдоль Марин-террас были зажжены. Народу было куда больше, чем днем.
Винс остановился у башни с часами и посмотрел через дорогу. Вот оно: светящиеся неоновые буквы: «Бар Тиволи».
Там ли сегодня цыпочка Кэнди Грин?
Винс еще раз прокрутил в голове все, что случилось в массажном салоне. Он начинал смиряться с мыслью, что это — ложный след, ничего общего с убийством Лайонела не имеющий.
Эка невидаль — старый холостяк заворачивает в третьеразрядный шлюходром на еженедельную вздрочку. Ну и что? Он за это исправно платил. Приходил-уходил. Он не планировал захватить это заведение или изничтожить его, так ведь? Он что — требовал отстегивать ему бабки за «крышу», вхождение в долю? Нет.
Получается, что вся эта версия с массажным салоном — дохлый номер.
И тем не менее поговорить с Кэнди Грин и мадам Вики все-таки стоит.
