Монро разрезала скотч, стягивавший им лодыжки: сначала у Брэдфорда, а потом у Бейярда. Ночь предстояла тревожная.
Майлз посмотрел на Франсиско, на запекшуюся кровь и синяк под левым глазом.
— Извини насчет лица.
— Когда-нибудь у меня будет возможность поквитаться, — заверил Франсиско, а потом рассмеялся и, поднявшись, помассировал затекшие ноги. Он подошел к Монро, обнял ее за шею и поцеловал в лоб.
— Послушай, — прошептал он, — заканчивай наставлять на меня пистолет и связывать.
Она криво улыбнулась.
— Он бы убил тебя. Еще не факт, что передумал.
— Не сомневаюсь в этом, — кивнул Брэдфорд.
Они спали по очереди, но сквозь сон Монро постоянно прислушивалась, готовая вмешаться, если мужчины решат продолжить свои разборки. А в наушниках, лежавших рядом, по-прежнему слышались только помехи.
К вечеру следующего дня клонившееся к закату солнце начало окрашивать в розовые тона подернутый желтой дымкой горизонт.
Они выехали на рассвете и добирались сюда по не отмеченным на картах и покрытым порослью проселкам. Езда по бесконечным ухабам и рытвинам добавила свою долю грязи и синяков к тем, что они уже получили накануне.
Закончив беседу, Бейярд направился к машине, и когда он подошел ближе, Монро воскликнула:
— Господи, во что они превращают джунгли!
Он проследил за ее взглядом и ответил:
— Я здесь уже так давно, что даже не замечаю этого.
Они молча постояли, глядя на произведенное опустошение, и Бейард заметил:
— Дальше будет только хуже. Практически все леса, представляющие коммерческий интерес, отданы в концессии. При таких темпах вырубки через пять-шесть лет здесь ничего не останется. Нефтяные запасы тоже не безграничны. И как быть? — Он пожал плечами, садясь за руль рядом с Монро. — Чертовы мародеры! Нам надо проехать с полмили и оказаться на месте еще до темноты.










