Он никогда не слышал слов. Он слышал музыку.
И слышал ее – от своей жены.
Когда он купил Алаис гаролу, от нее буквально стало негде спастись. Она играла каждую свободную минуту, объясняла, что всегда мечтала, но отец не позволял, а сейчас, раз уж она герцогиня… позвольте уж исполнить хоть одну маленькую мечту…
А что, супруга, которая играет на гароле, это аристократично. Или хотя бы оригинально. Таламир точно знал, что Алаис не сделает ничего во вред себе, то есть в ущерб своей репутации, не так она глупа. Даже слишком умна оказалась.
Дураком новый герцог Карнавон не был.
Алаис никогда не училась.
Алаис наигрывала эту мелодию. То есть – это ее музыка? Так откуда музыкант ее знает?
Он знает Алаис? Или?..
Руки действовали быстрее головы. Таламир бросил певцу золотой, мух лучше ловить на мед, не на уксус.
– Посиди со мной, добрый человек…
Стоит ли говорить, что менестрель принял приглашение?
И выпил вместе с благородным тьером, и закусил, и вскорости рассказал, что не его это, конечно, песня. Не его.
Так с маританского корабля донеслась. Женский голос пел, а мужики подхватывали. А он на тот момент и медяка не имел, вот сидел, слушал, слюни глотал… На корабль, конечно, напроситься не посмел, но запомнил, как есть запомнил.
Да вроде как Алекс. Или что-то такое… не помнит он точно.
Будь Таламир собакой, у него бы шерсть дыбом встала от этих новостей. Он честь по чести расплатился с менестрелем, отпустил его и принялся размышлять.
Алекс… или Алаис? Или Алекс?
Герцогиня на маританском корабле?
Герцогиня на Маритани?
А ведь может, может… а что его люди ничего не узнали, так и ничего удивительного.
И что теперь делать?
Очень хотелось погрузиться на корабль и отправиться на Маритани, но здравомыслие взяло верх. Найдет он там чего или нет, это еще вилами по воде писано. Маританцы могут и притопить чуток, если он явится как сейчас, с одним кораблем, без солдат, без поддержки. А вот если сначала договориться с Преотцом, потом нанять наемников, а там уж и поговорить…
Или как-то выкрасть девку, или еще чего придумать…
План составлялся медленно, но верно.
Пересказывать ли свой сон Луису?
Тут у Алаис сомнений не было, надо рассказать. Что она и сделала в тот же день, ближе к вечеру. Луис внимательно слушал.
– Нет, мне ничего не снилось. Или я не помню…
– Может, я более восприимчива, потому что побывала на Маритани?
– Поди забудь такой кошмар? – хихикнула Алаис.









