4
0Глухим, страшным голосом он прошептал:
– Если хочешь себе добра, беги отсюда, и чем скорей, тем лучше…
Потом перед ее глазами появилась строчка того сообщения, которое Дайнека получила от убийцы: «Если вы хотите себе помочь, оставьте это дело, и чем скорей, тем лучше». Во сне Дайнека подумала: «Как похожи две эти фразы…»
Из темноты вышла Нина, села на край кровати. Склонилась. Дайнека подумала, она хочет что-то сказать, и приподняла голову, чтобы не пропустить ни одного слова.
– Он рядом, – прошептала Нина. И повторила: – Он уже здесь…
Почему-то стало нечем дышать. Каштановые волосы Нины струились и падали на лицо, от них приятно пахло жасмином. Казалось, что этот аромат постепенно обволакивает все тело, становится густым и тягучим.
Ее все больше придавливала тяжесть пахучих волос. Откидывая и отдирая их от своего лица, Дайнека совсем проснулась и поняла, что действительно задыхается. Чьим-то тяжелым телом к ее лицу была прижата подушка. Дайнека не испугалась, потому что не сразу сообразила, в чем дело. Просто ей очень хотелось дышать. Изгибаясь всем телом, изворачиваясь и вывертываясь из-под подушки и навалившегося на нее человека, хотела лишь одного – глотка воздуха.
Сосредоточившись на этом, Дайнека раскинула руки, пытаясь нащупать хоть что-нибудь, чем можно отбиться. Правая ладонь, оказавшись у самого пола, коснулась чего-то холодного и металлического. Там лежали небольшие гантели, которые с незапамятных времен перекатывались по ее спальне. На счастье, теперь одна из них оказалась в ее руке. Не размахиваясь, она с силой ткнула гантелей по навалившемуся на нее телу. Не зная, куда попадает, била и била снова…
Подушка упала на пол, Дайнека с хрипом втянула в себя воздух и уже через секунду заорала во весь голос:
– Па-а-ма-а-гите-е-е!
Получилось именно так, и никак по-другому. Испуганные звуки не складывались. А само слово никак не проворачивалось на языке.
Она вопила, не переставая, и видела, что тот, кто еще недавно душил ее, приходя в себя, зашевелился на полу. Потом встал, перебежал комнату и, перемахнув через подоконник, выпрыгнул в сад.
Вспыхнул свет, в дверях стоял отец. Его лицо было серым и перекошенным от страха…
Дайнека испугалась еще больше, но уже не за себя.
– Что случилось?! – закричал отец.
Внезапно успокоившись, Дайнека кротко ответила:
– Меня хотели убить.
Она хотела сказать как-то подипломатичней, но вышло как вышло.
За спиной отца маячили испуганные лица Насти, Вилора и Серафимы Петровны.
Спустя некоторое время они все вместе сидели в гостиной, решая, стоит ли позвонить в полицию. Перепуганная Серафима Петровна с трудом собрала волосы в пучок и отправилась на кухню – готовить чай.
Отец молча крутил в руках телефонную трубку.
– Рассказывай, – приказал он дочери.
