8
0Уши словно заткнуло восковыми пробками, в голове звенело, но, из последних сил заставляя себя переставлять ноги, я подбежал к огнеметчику, оттащил его к крыльцу и сел, прислонившись спиной к холодной гранитной облицовке.
Что-то неразборчиво прокричав, Хан побежал куда-то дальше, за ним рванул Димитрий, но у меня даже не нашлось сил повернуть голову и посмотреть им вслед. Да что такое с ушами? Гул сплошной, ничего не слышу. И колено болит, сил нет. Блин, совсем развалиной стал.
Я несколько раз похлопал себя ладонями по ушам и перевел взгляд на огнеметчика. Парень лежал лицом вниз, и теперь стали прекрасно видны слипшиеся от крови волосы на затылке и опаленные отверстия в белой болонье куртки. Ага, это ему свои зарядили, Вере он только простреленным бедром обязан. Зря бежал, не язык, а черт-те что.
Пока сидел рядом с трупом, от догоравшего здания склада подошли парни из группы Григория. Слава богу, все живы и здоровы. Только Первый хромает. Надо бы нам отсюда уматывать, а то на пожар обязательно кто-нибудь припрется.
— Ну что? — присев рядом с трупом на корточки с уже знакомой металлической пластинкой в руке, спросил Гриша у вышедших из административного корпуса Хана и Димитрия.
— Уходим. — Гриша посмотрел на вспыхнувший на металлической пластинке красный огонек, встал и пошел к мосту. — Труп здесь оставляйте.
— Хреново, Лед, бегаешь, — остановился напротив меня Хан.
— Чего? — не расслышал я.
— Бегаешь, говорю, хреново. Ничего, я твоим физвоспитанием еще займусь. Будешь у меня кроссы наматывать.
— Отскребись, — продолжая смотреть на труп, совершенно спокойно ответил я.
— Что ты сказал? Ну-ка, повтори! — напрягся Хан.
— Отскребись! — на этот раз по слогам отчетливо выговорил слово я, чтобы он уж точно правильно меня понял и не пришлось повторять снова.
— Ах ты, щегол! Да я тебя! — Хан замахнулся, но его остановил окрик Гриши. Выругавшись, он развернулся и зашагал к Конопатому.
Я убрал палец со спускового крючка, поднялся на ноги, повесил винтовку на плечо и нетвердой походкой пошел догонять остальных. Слух полностью так и не восстановился, и поэтому разговор Гриши и Хана доносился до меня лишь частично.
— И не таких обламывал…
Ну почему сразу — зарежет? Я и пристрелить могу.
Немного приотстав от всех на мосту, я остановился посмотреть, как капавшие из носа капельки крови сворачиваются в грязной воде и бурыми хлопьями уносятся течением.
Когда наконец перешел через речушку, на той стороне моста меня уже поджидал Ялтин, который почти насильно заставил выпить отвратительное на вкус зелье. Думаю, едва усевшись в подогнанную к складу «Ниву», я отрубился именно из-за него. И уверен, что только благодаря ему, когда очнулся на базе, голова уже нисколько не болела. Да и со слухом полный порядок.
