Саид. За гранью

Но тогда что ему нужно? Зачем вот это вот всё?

– Ты! Щенок! Ты что себе позволяешь?! – прогремел Альберт и ринулся к Зауру, но дуло автомата одного из мужчин упёрлось ему прямо в грудь.

Заур усмехнулся, но как-то зло, мерзко. Будто насмехаясь над ними. Илана, наверное, никогда и никого так сильно не презирала, как его сейчас. Всколыхнулось всё внутри от ярости и ненависти, но слова о дочери до сих пор бились пульсом в голове. Это и не давало вцепиться подонку ногтями в лицо и разодрать до кровавого месива.

– Выведите его во двор и там пристрелите. Хотя… – будто на секунду задумался, уставился на неё.

 – Ждите моей команды.

Суп я приготовила, однако поесть не смогла. Не хватило сил. С трудом доползла до кровати и, упав на постель, закрыла глаза. Меня одновременно трясло от холода и бросало в пот, от боли раскалывалась голова, и невыносимо першило в горле. Провалившись в беспамятство, снова видела ужасные картинки из прошлого, воскресшие так не вовремя…

– Трудно это, да? Отказаться от своих устоев и убеждений? От жизни прежней, той, к которой уже привыкла? – Заур не шевельнулся с тех пор, как сел в кресло напротив, но Илана была готова к тому, что придётся защищаться.

И даже не сомневалась – он нападёт. Либо изобьёт, либо изнасилует. А может, даже убьёт. Он с такой лёгкостью отдал приказ своим уродам застрелить Альберта, что поначалу она даже не поверила. Но когда её любовника утащили под дулами автоматов на улицу, поняла, что Заур не шутил.

Какой же всё-таки страшный человек. Чудовище. Нелюдь. И что теперь? Что дальше? Ведь если Альберт действительно не так прост, как ей казалось раньше, и Заур об этом знает, потому что не знать не может… То свидетели ему ни к чему…

– Что тебе нужно? – прошептала внезапно пересохшими губами.

– А ты не поняла ещё?

– Я вообще тебя не понимаю, Заур. Зачем ты делаешь всё это? Почему? Что я тебе сделала? Зачем ты ворвался в мою жизнь и рушишь её, рушишь?.. Что мне сделать, чтобы ты оставил меня в покое?

Он встал так неожиданно и быстро, что Илана отпрянула назад и ударилась затылком о стену. Зашипела, прикладывая руку к ушибленному месту, а второй попыталась удержать тяжёлый плед.

Заур приблизился вплотную, но не коснулся её. Опустив голову, втянул в себя её запах, скривился в презрительной гримасе.

– Порченная шлюха. Воняешь им. Мужиком, вдвое старше тебя. Как подстилка воняешь, – выдал сквозь зубы и отшатнулся от неё. – Но я всё равно хочу тебя. Почему? Можешь ответить мне на этот вопрос? Это же будет ответом и на твой. Зачем я это делаю. Я сам не знаю.

А Илане вдруг больно стало. До слёз. Боль не физическая, оттого и страшная. Её невозможно унять таблеткой. Эта боль вонзилась в сердце обидой и осталась там занозой в кровоточащей ране.