1
0Вера Вадимовна Суркова – крашеная брюнетка в черном платье, в знак траура успокоилась между кошками на кожаном диване – на щеках пылкий румянец, в глазах – слезы скорби, в руке – открытая банка с джин-тоником, а рядом на полу много, много, много пустых банок.
Вера Вадимовна была сильно пьяна.
– Вера Вадимовна, здравствуйте, я к вам.
– Я из полиции, из ГУВД области, помните, тогда в воскресенье мы с вами говорили.
– Не знаю, нет, скорее.
– И я н-ннет. Они н-ннн не воссссскреснут. Мои дддетки, мои кккотятки. Никто ннникогда.
Вера Вадимовна покачала растрепанной головой и сделала глоток из банки.
– Они дддд-доверили их мне, я бббыла им как мать. А их убили. Ззззнаете на что ссспособна мать, потерявшая детей?
– На все, что угодно, – Катя присела рядом на диван. Кошка-абиссинка тут же переступила лапками и заползла – мягко и властно к ней на колени, свернулась клубком.
Катя протянула руку и погладила вторую кошку – бенгальской породы.
– Это ваши? Они прекрасны.
– Ввсе, что осталось у клуба. Изззз-зззвините меня, я в таком вввв-виде непотребном, – язык Веры Вадимовны заплетался. – Кто вы?
– Я из полиции, по вашему делу, – Катя поняла, что надо торопиться с вопросами, пока Суркова еще что-то соображает. – К вам тогда Юдина Дарья приезжала за своим питомцем, помните?
– Кто? Аааааа, эта гггггоспожа Васююююютина…
– Да, да, такая стерва… обрадоваласссссссь… Представляете, она обрадоваласссссь!
– Что ее кот тут у нас тогда… тоже… Она сказала: ттттак он ннннаконец ссссссдох?
– Вы ее давно знаете?
– Нет, ммммесяц, ей кот достался пппппосле похорон. Он ей мешал. Она важная особа, начальница где-то тттттттттам… ну тттам, – Вера Вадимовна выставила указательный палец и потыкала им в потолок. – Личный шофер, командировки… котик ей мешал. Она его нннннам привозила в пппприют.
– Она не замужем? Что, одна жила, не с кем было оставить?
– Одиночка. У нее тут кккквартира, и ттттам в Москве ррроскошная ккквартира в Ррромановом пппереулке, она хвалилась, говорила, кккот ттттам все загадит. А кккот там жил всю жизнь с ее матерью и нннне гггадил. Мммать схоронила, а кота все нам сссюда в «Приют»… ик…ик…
– Парень к вам не заходил – такой молодой, волосы почти белые, как у альбиноса, длинные, лицо закрывают? Может, зооотелем интересовался?
– Я нннне знаю… нет, вввроде.
– Василиса Одоевцева – она ведь ваша подруга, да? Давно ее знаете?
– Дддавно. Я ррраньше вещи у нее покупала.
– Пппплатья… имммпортные… ну носить, одеваться… еще пппппри…
– Ппппри сссссоветской власти еще, нни черта ведь не было в магазинах, а Васька дддоставала.
– А, понятно, но это так давно. А сейчас Василиса работает в музее на Волхонке.
