2
0Нужно ехать на машине, а это значит сначала придется переться на родную Фрунзенскую набережную, открывать гараж во дворе и извлекать на свет божий свою таратайку – «Мерседес Смарт». Давно она на ней не каталась. Но на это столько времени уйдет, пока до Фрунзенской докандехаешь по пробкам. Есть другой вариант.
– Сережечка, алло, это опять я.
– Сережечка, приезжай за мной, пожалуйста, прямо сейчас. Я в «Склифе».
– В «Склифе»?! А что с тобой случилось? Ты в порядке?!
Но коварная Катя уже дала по мобильному отбой. Мещерский примчится. Ничего, ему полезно проветриться, а то он прямо завял там у себя в квартире, терзаемый ломкой.
Это его отвлечет от вредных мыслей. Но неужели и правда к наркотику вот так мгновенно привыкают?
Катя вышла во двор, чтобы не проворонить Мещерского. И через сорок минут его машина зарулила на стоянку.
Мещерский – в джинсах, в пестрой «гавайской» рубашке, привезенной из Гонконга, бородатый, маленький, выскочил и…
Катя едва его не расцеловала – приехал, дорогой ты мой друг, прилетел на зов.
– Что случилось? Я подумал… «Склиф»…
– Да все нормально, – Катя ласково смотрела на него с высоты собственного роста на каблуках. – Мы с тобой покатаемся на машине. Я подумала, тебе только польза, хватит дома сидеть, про опий думать.
– То есть как прокатимся? Куда?
– Сережа, у нас новое убийство, мне срочно надо допросить свидетеля. По некоторым данным, он сделал ноги к матери в Клин. Она у него местный адвокат. Да, по пути заедем в УВД, я справлюсь насчет их адреса.
– Катя, я давно хотел с тобой серьезно поговорить, – Мещерский выпрямился.
– Сережа, прямо сейчас? Нет времени, нам надо ехать в Клин.
– Я с тобой вот так, ничего не спрашивая, поехал на этот чертов аэродром «Райки» ночью. И что вышло из этого? Я получил от Ваньки Лыкова отраву в чашке кофе. А он, между прочим, мой троюродный брат. Наши семьи веками роднились между собой. Ты это понимаешь?
– Я понимаю. Ты только не устраивай мне сцену.
– Все. Я в эти игры больше не играю.
– Что ж, хорошо, – Катя пожала плечами. – Обойдусь без тебя. Сейчас поеду на Ленинградский вокзал, сяду в электричку до Клина.
– Я хотел сказать… Катя, ты куда?
Катя повернулась и зашагала прочь. Маленький друг Мещерский кинулся вдогонку.
– Катя, подожди… я не то хотел… да постой ты, ну извини меня. Я хотел сказать, что я в эти игры больше вслепую не играю.
Катя остановилась – хватит с него. Вот бы Еву Ершову, дипломированного биолога, сюда понаблюдать, какие финты выкидывает брачное поведение самца человека.
– Вслепую – все, баста. Я должен знать, что происходит. Зачем вы приезжали ко мне сегодня? Почему вас интересует Рюрик и то, что случилось с нами в Чое? Я же там товарища потерял, я не мог его найти, спасти. Нет мне покоя с тех пор.
