2
0Совещание у начальника Ховринского УВД оказалось коротким, управление полиции до сих находилось в осаде журналистов.
Август Долгов распрощался с полковником Гущиным у машины, сказав, что приедет в главк к вечеру.
Небывалый и странный ажиотаж вокруг заброшенной больницы – все эти машины, новые люди, не афиширующие принадлежность к известному ведомству, настойчивое удаление ими с территории больницы гражданских служб и полиции, а также все увиденное и услышанное во время поискового рейда складывалось в уме полковника Гущина в некий ребус.
То есть пока еще никак не складывалось.
Потому что верить во что-то слепо за долгие годы службы полковник Гущин напрочь себя отучил. Но он все еще чувствовал, помнил тот тошнотворный запах. И это обстоятельство перетягивало на себя все.
Можно сто раз услышать, можно один раз увидеть – и все равно не поверить глазам своим. Но если хоть на мгновение учуешь носом, то…
Где-то в глубине подсознания эта вонь – вестник недавнего присутствия во тьме заброшенного корпуса чего-то живого, большого, опасного – засела занозой.
Домой – спать, завтракать, ругаться с женой – полковник Гущин не собирался. В половине девятого предстояло докладывать ситуацию насчет спасения вице-губернаторской дочери и ее товарищей-студентов начальнику главка на оперативке. Полковник Гущин отправился в спортзал и долго с наслаждением стоял под горячим душем, густо намыливая свое тучное тело и глянцевую лысину, словно страшась того, что вонь прилипла к нему, как смола, на веки вечные.
Посвежевший, побрившийся в кабинете электрической бритвой, он постарался изо всех сил начать свой рабочий день как обычно. Словно и не бродил ночью по призрачным коридорам Ховринки-Амбреллы.
После оперативки он позвонил в Райки – опросили тамошние сотрудники персонал аэродрома по поводу изъятых видеопленок или все еще с армией отношения выясняют?
– Улетучилась армия как дым, Федор Матвеевич, – сообщил начальник местного розыска.
– Как это улетучилась?
– А вот так, моментально. Колонну из бронетранспортеров и грузовиков с солдатами ГИБДД рано утром видела на проселочной дороге. Они уходят, сняли оцепление, и аэродром снова работает. В округе теперь ни одного военного. Я только что сам с аэродрома, опросил диспетчера и техников по поводу того вашего фигуранта на пленке.
– Лыков его фамилия, Иван.
– Они фамилию не знают, но помнят его отлично. Он приезжал в Райки на машине как раз перед закрытием аэродрома, ну когда они клиентов с грузом ждали – в тот день, когда те полет отменили по неизвестным для них причинам.
– Ага, точно пятница. Лыков приезжал на аэродром с тем же намерением.
– С каким намерением? Самолет зафрахтовать?
– Вертолет.
