2
0То есть займись наконец-то своими прямыми обязанностями сотрудницы пресс-центра.
Вместе они доехали лишь до Ховринского УВД, после этого Гущин и Август Долгов пошли к местному начальнику обсудить итоги прошедшей ночи и поделиться впечатлениями.
А Ева Ершова сказала Кате:
– Кофе хочу, просто дохну без хорошей дозы кофеина.
Полковник Гущин предоставил им свою машину – домой отвезти, но Катя попросила отвезти их до ближайшего «Старбакса» или «Шоколадницы» – любого кафе, где примут в пятом часу утра измазанных известкой, ошалевших от приключений девиц, одна из которых в самодельных «балетках» – каблуки-то оторваны, а вторая хотя где-то украдкой в Ховринке и успела избавиться от своих допотопных бигуди, но все еще никак не может расстаться с косынкой-тюрбаном, съехавшим на затылок.
Водитель Гущина довез их до «Старбакса».
О, ванильный латте в пятом часу утра!
О, чашка горячего эспрессо!
Кто не пил кофе вот так после ночи страха и тьмы, тот не жил на белом свете!
– Я смотрю, вы больше не чихаете совсем, Ева, – сказала Катя, утопая в мягком старбаксовском кресле за столиком у витрины, глазеющей на только-только просыпающийся город. – И аллергия ваша закончилась.
– Сама удивляюсь. И вообще я не представляла, что это дело будет вот таким.
– Я тоже. Я и сейчас мало чего себе представляю. Что мы видели? Напуганных ребят, одного упавшего в колодец. Но на той стройке, думаю, несчастные случаи не редкость.
– Не забывайте – двое из этих ребят воевали в «горячих точках». Поправьте, если я что-то не так поняла.
– Нет, Ева, вы как раз все верно поняли. Это важная деталь.
– Вы ведь криминалистику изучали, наверное? Есть в криминалистике понятие – надежный свидетель?
– Есть. И в криминалистике, и в ходе следствия. А я вас тоже спросить хотела, как специалиста. Аммиак, ну, вонючка – это что такое?
– Азотисто-фосфорное соединение.
– Продукт жизнедеятельности, натуральная органика.
– А еще проще? Совсем просто?
– Иногда дерьмо так пахнет, гуано.
– Дерьмо, отходы жизнедеятельности биоорганизма.
Катя подавилась ванильным латте. Закашлялась – ну совсем как тогда полковник Гущин.
– Ева, вы поверили в то, что они нам рассказали? – спросила она, отдышавшись.
– Я нет, – быстро сказала Катя. – Но я… мало ли, я и ошибаться могу. Вы специалист, вы поверили?
– Я верю в то, что мы пока не знаем, с чем мы имеем дело, – сказала Ева. – Но, учитывая всю совокупность данных – показания очевидцев, материальные улики, – явно с чем-то живым.
Катя отметила тут четвертое обстоятельство: ее коллега снова изъясняется скорее как юрист, а не как биолог-ученый. «Улики», «показания очевидцев».
– Ева, вы смотрите передачу «Час суда»? – спросила Катя.
