2
0– А что, без него в Ховринку идти нельзя?
– Договаривались же, он тоже собирался сегодня с нами.
С платформы «Ховрино» подошли еще трое – все с форума, девчонка совсем молоденькая, лет шестнадцати, и два парня постарше. Все экипированы как бывалые.
– У меня фонарь десантный, и веревок я прихватил несколько мотков.
Толстяка Рудакова не взяли в поход, как он ни канючил. Последними подкатили на частнике рязанские ребята. Даня разглядывал их – вот ведь сразу представились они ему и геями, и молодоженами, которые хотят свадьбу отметить крутым экстримом. А ведь не скажешь по виду. Парни как парни. Здоровые, кровь с молоком. У одного, правда, темные волосы, неровно выкрашенные в блонд, выглядят как солома. Но в остальном просто гренадеры. Даня глянул на них, на Верку Холодную, которая, увидев рязанских, вся так и заулыбалась, заколыхалась.
Нет, девушка, это не для тебя парнишки.
Если что в Амбрелле случится, я твой герой и защитник. Добрый Смайлик Герштейн не в счет.
Даня-Душечка дал приятелю и компаньону Васе Азарову контрольные десять минут, но тот так и не появился на улице Клинской. И маленький отряд двинулся на экскурсию без него.
До коллектора и тайного прохода на территорию Ховринки – рукой подать. Но Даня-Душечка для начала повел свой отряд в обход.
Помните, как в песне?
Нормальные герои всегда идут в обход.
Они вошли в сумрачный, уже полный вечерних теней парк Грачевку. Для начала Даня показал Упавший Дуб. Огромное дерево рухнуло и перегородило аллею. Коммунальщики уже начали пилить его, отметины бензопил на толстом стволе – точно следы… чьи следы?
– Я тут как раз парком проходил, когда утром народ обнаружил, что дуб упал. Ну и разговоры разные среди местных.
– Какие разговоры? – спросили девицы Пастушки.
– Ну, мол, чудно как-то. Ни грозы, ни бури, ничего. И молния в него не шарахала. Стоял себе такой здоровый и вдруг ни с того ни с сего ночью упал, – Даня с разбегу вскочил на ствол.
– Сгнил, – рязанский молодожен пнул рухнувшего великана.
– Где ты тут видишь гниль? – спросила одна из Пастушек.
– А что, зомби из Ховринки его ночью подгрызли, что ли?
– Пойдемте дальше, – сказал Даня-Душечка.
И они двинулись через темный парк к забору, огораживавшему Ховринку.
Тут Даня проявил свои сталкерские способности в полной мере. Через каждые три шага он оборачивался, прикладывал палец к губам – шшшшш! Порой замирал на месте, поднимая по-дурацки руку вверх, как это показывают в боевиках про спецназ.
Они прошли вдоль забора метров пятьсот. Темный гигант – царица Амбрелла – там, за забором, как неприступная крепость.
– Прямо Мордор натуральный, – один из рязанских пристально вглядывался в корпуса Ховринки.
