3
0А Ежи, пытаясь настроить шкатулку, вполне способен ее повредить.
— Страдаешь? — поинтересовался Евдоким Афанасьевич, выглядывая из стены.
— А есть чем? — дух был явно раздражен, и причиной тому, как Ежи догадывался, стал недавний визит в башню.
— Не уверен, что сумею ее активировать, — признался Ежи.
Ежи молча подчинился. Камни пили силу, что песок воду, и в какой-то момент у него даже возникло нехорошее такое предчувствие, что собственных его, Ежи, силенок не хватит, чтобы зарядить их полностью.
Это ж какая вместительность быть должна…
И не в чистоте камней дело, скорее уж, если приглядеться, хорошо так приглядеться, то можно увидеть, сколь странна сама их структура, будто внешние грани продолжались во внутренних, многажды преломляя и изменяя силу, дробя ее и… упорядочивая?
— Аккуратней, — проворчал дух, взмывая над столом. — Это тебе не нынешние поделочки, их еще мой прадед вырастил.
То есть искусственно сотворенные камни — это вовсе не студенческая байка?
— Ничего сложного, если источник есть, — отмахнулся Евдоким Афанасьевич. — Стало быть, и это знание потеряли?
Ежи лишь руками развел.
— Ясно… печально осознавать, что я был прав, — дух покачал головой. — Теперь погоди, пока структура стабилизируется. Она, конечно, старая, но в мое время умели делать вещи.
С этим Ежи не мог не согласиться.
Он молча наблюдал, как сила, сперва медленно, по капле, переходит из камней в паутину энергетического модуля. Одна за другой тончайшие нити вспыхивали, создавая воистину удивительный узор.
А ведь он куда сложнее того, стандартного, до боли знакомого Ежи.
— Теперь необходимо задать вектор поиска, — Евдоким Афанасьевич встал за спиной, и присутствие его ощущалось этаким ледяным дыханием в затылок. — Накрой обе руны Ут и представь человека, который тебе нужен.
— Можешь, конечно, представить себе рисунок его шкатулки, достаточно будет даже средоточия, но что-то мне подсказывает, что вы не настолько близко знакомы.
Ежи слегка покраснел.
— Хотя… у тебя же есть девочка. С кровью возиться долго, а вот по рисунку ауры попробовать можно, даже при имеющемся уровне дестабилизации опорные узлы будут одинаковы.
— Знаю. Боги, чему вас учат? Как еще, по-твоему, определяют степень родства?!
— Как? — Ежи наклонился, пытаясь увернуться от призрачной затрещины. — Да не учили меня этому!
— А еще верховный маг!
Прикосновение призрачной ладони было… неприятно.
— Не специально… конечно… так, стало быть, все настолько плохо?
— Почему сразу «плохо»? Наука развивается… то есть, наверное, развивается, — был вынужден признать Ежи. — Я как-то не особо… в науку. Но степень родства определяют по крови. Точно знаю.
— Точно, но муторно.
