0
0И помни, что никому-то нельзя верить…
— Котикам, — губы Лады растянулись в улыбке. — Котикам верить определенно можно…
…Ежи осторожно коснулся мертвеца, который от прикосновения этого, против опаски, не рассыпался прахом. Да и на ощупь оказался вполне себе крепким.
— Вы уверены? — в который раз осведомился он.
— Режь уже давай! — с немалым раздражением ответил Евдоким Афанасьевич. — Ведьмак ты или кто?
— Самому бы понять, — проворчал Ежи, примеряясь, как резать палец. Все-таки прежде ему не доводилось… то есть в Анатомическом театре он присутствовал, ибо основы целительства читались общим курсом, но смотреть — одно, а покойников мучить — совсем другое.
Тем паче под раздраженным взглядом души.
— Любой, любой… да ему не больно!
— И мне не больно, — Евдоким Афанасьевич перехватил посох, и что-то такое было в простом его движении, что заставило Ежи повернуться к мертвецу.
Палец хрустнул и отвалился.
— Вот и молодец, а то…
Ежи очень сомневался относительно собственной молодцовости, но отрезанный палец поместил в фиал, благо имелись тут пустые, в том числе из горного хрусталя. Подумав, бросил внутрь самый черный из камней, который буквально просился, чтоб его сунули к пальцу.
Евдоким Афанасьевич, коли и имел возражения, благоразумно оставил их при себе.
— А… с остальным что?
— С остальным… пожалуй, сделай еще пару штук, — дух указал на фиалы. — На всякий случай.
Со вторым получилось проще, не говоря уже о последующих, но… стоило сотворить пятый, кажется, фиал, как тело дрогнуло и осыпалось кучкой пепла.
— Извините, — сказал Ежи, когда Евдоким Афанасьевич воззарился на него. — Это не я!
— Ты, — возразил дух. — Но и ладно, не стоит оставлять… этакое, а то мало ли.
Ежи ничего не понял, но кивнул.
— Камни с собой возьми. Деньги. И украшения тоже. Негоже княгине Волковой без драгоценностей.
— Она сама пока не больно-то понимает, во что ввязалась. Не будем пугать.
Ежи согласился, что пугать и без того растерянную ведьму — занятие дурное. Благо, пример имелся рядом… и этот самый пример как-то вот надлежало до Китежа доставить.
Лучше в спящем состоянии.
— Я отпишу знакомому, чтобы дом снял, — Ежи послушно открыл дверь, на которую ему указали.
— Не стоит, у Волковых свой имелся. Хотя… не уверен, что он в должном состоянии, но поправим…
Сказал он это тоном, не терпящим возражений.
— А теперь вон ту… да, поднеси мой палец. Именно…
В стене, показавшейся на первый взгляд гладкою, проступила дверца, которая, стоило прикоснуться к ней хрустальным бочком фиала, взяла и отворилась.
— Эту бери… и вот ту… ага…
— А не боитесь, что я возьму и исчезну? — осведомился Ежи, снимая одну шкатулку за другой. Шкатулки были весьма даже увесистыми. Под крышки не заглядывал.
— Ну-ну, — дух лишь хмыкнул насмешливо.
