1
0Больше в наших ласках и поцелуях нет ничего томного и неспешного. Мы вырываем друг у друга наслаждение, я выгибаюсь, желая ближе, плотнее прижаться к его телу. Он мычит и стискивает меня, жадно вылизывая языком и оставляя отметины щетиной и зубами.
Я бьюсь, безмолвно кричу от нетерпения. И взаимная немота делает близость еще пронзительнее. Для меня, для него.
Я бессовестно пользуюсь тем, что он не остановит, по крайней мере, голосом, опрокидываю его на спину и тут же перехватываю огромный подрагивающий член у основания. Андрей тихо воет, поддавая бедра верх и упираясь затылком в пол, выгибаясь от собственных ощущений. Не теряя времени, я наклоняюсь над ним, облизываю головку и жмурюсь от удовольствия. Герр все же не сдерживает шумный выдох и стон.
Его пальцы зарываются в мои волосы, и он давит на затылок, заставляя сразу взять его глубоко. Я чувствую его мягкий удар в гортань и быстрое отступление. Поднимаю глаза и вижу его горящий взгляд. Я же понимаю, как его колбасит от желания трахать меня и в рот и снизу одновременно. Даже подозреваю, что на минет мне выделено скупердяйски мало времени. И где-то после минуты игры языком по его кончику, герр срывается, тянет меня на себя, запечатывает губы поцелуем и настойчиво упирается членом между ног.
Ну как, как можно заниматься сексом с этим крышесносным мужчиной в абсолютном молчании? Вот и я не выдержала, протяжно застонав от его проникновения.
Андрей сразу же зажал мне рот своим, но было поздно…
От стука в дверь я вздрогнула.
— Лена! Что там у тебя происходит? Почему ты заперлась?
— С… Сон. Беспокойный, — задыхаясь, ответила я, плавясь от его кола во мне и сдержанных раскачиваний.
Мы оба понимали, что как только мутер свалит, он с бешенным нетерпением будет насаживать меня, пока не доведет до оргазма обоих.
— Открой дверь! — теперь мутер требовала и ни грамма беспокойства в ее голосе не слышалось.
— Я больше не буду, — проныла я, тут же закусывая губу от особо глубокого толчка моего герра.
Видела, как он начинает злиться из-за вынужденного воздержания, но после громкого стука в дверь, тяжело выдохнул, снял меня с члена и полез под кровать, чертыхаясь сквозь зубы, что высота кровати требует крепко прижимать член к прессу, чтобы пролезть.
Я старалась не хихикать, когда закукливалась в одеяло и шла к двери. В этот раз мутер меня отодвинула, прошлась по комнате, выглянула на балкон, оглядела одеяло на мне и приподняла бровь.
— Подниму Ганса, он даст тебе снотворное на ночь.
— Ой, не надо! Я думаю, что минут через пятнадцать засну сама. Крепко и спокойно. Или через час, — тут же добавила, сомневаясь, что её Андре не захочет повторить.
— Сейчас придет Ганс, — безапелляционно выдала мутер и вышла.
