Мы – были! Путь

Уже месяца полтора, как он приказал рабыне спать с бандой, которую разогнал господин Нио. А сегодня бандиты захотели от нее совершенно отвратительных вещей, которые Рилка отказывалась делать всегда. Отказалась и сейчас. Скоро прибежал господин Санор и… О Святой Благословенный!

Девушка несколько раз теряла сознание от боли, но все равно не соглашалась выполнять прихоти подонков. А когда очнулась, увидела, как господин Нио разогнал бандитов. Вот и приплелась к нему за помощью. Почему-то показалось, что этот человек поможет. И какое счастье, что не ошиблась! Рилка снова заплакала, поймала руку офицера и принялась покрывать ее поцелуями, шепча какие-то отрывистые слова.

Нио, потрясенный до глубины души страшным рассказом, гладил плачущую девушку по голове, ему очень хотелось найти зверей, творивших с бедняжкой такое, и воздать им по заслугам. Он-то думал, что это с ним поступили жестоко… Да по сравнению с ней он счастливый человек!

Офицер осторожно поглаживал девочку, продолжавшую тихо плакать у него на груди, и скрипел зубами. Как же у них хватает совести так с живыми людьми обращаться? С людьми, которым больно и страшно? О, Благие! Почему вы допускаете, чтобы в ваших мирах творилось такое?.. Чудовищность рассказанного Рилкой не укладывалась в сознании, на его родной планете такое было попросту невозможно. Но Нио видел, что девочка говорит правду. И от этого понимания становилось еще пакостнее на душе.

– Внимание! – раздался в трюме хриплый голос капитана. – Корабль идет на посадку. Всем лечь на койки и пристегнуться. Даю десять минут, кто не успеет, тот сам будет свои потроха со стенок соскребать!

Нио вздрогнул, вспомнив, как взлетало проклятое корыто. Надо срочно укладываться. Но он ведь теперь не один… Вот же хвост Проклятого! А ребят куда девать? Но проблема разрешилась сама собой – ближайшие соседи заблаговременно убрались подальше от опасного сумасшедшего, освободив две верхних койки. Офицер сам уложил Рилку на нижнюю и тщательно пристегнул все ремни – тряска при посадке должна быть очень сильной. Это, если капитану вообще удастся посадить свое ржавое корыто.

Его насторожило сдавленное мычание девушки, когда он затягивал ей ремень на животе. Но Нио подумал, что у нее снова болит израненная спина, и не стал внимательнее присматриваться к Рилке, да и время заканчивалось. Он с сомнением поглядел на толстые швеллеры, приваренные к полу и потолку. Именно к ним и крепились койки. Оставалось надеяться, что приваривали крепко, и швеллеры не сорвет во время посадки. Офицер покачал головой, быстро улегся на среднюю койку и пристегнулся. Линесу помощь не понадобилась, он занял верхнюю, и Нио слышал, как паренек постукивает зубами от страха.

Эта посадка запомнилась бы любому до конца жизни.