Мрак в конце тоннеля

Чуть поодаль, обхватив руками ножку перевернутого стола, лежал на животе человек в новеньком камуфляже. Самих ран я не увидел, но из-под головы на пол натекла большая лужа крови. Видно, по лицу кайлом получил… Этого человека я узнал по габаритам и бритой голове с хвостиком на затылке. Будь этот парень спортивного телосложения, может, я бы и не обратил внимания на его хвостик, но комплекция у него будь здоров, ожирение в неслабой степени, поэтому этот его атрибут смотрелся как женское платье на мужчине. Звали его, кажется, Виктор…

Шестого покойника я знал не в пример лучше. Это был Геннадий Ефимович, и тело его лежало в отсеке, где я жил. Лежало на ковре, который он принес из санчасти. В объектив даже попала моя сумка, что стояла на полу между лежаком и тумбочкой.

И еще на одном снимке я увидел выбитую дверь аварийного выхода, весь пол возле нее был в крови.

– Что вы на это скажете? – внимательно смотрел на меня следователь.

– Я надеялся, что этот кошмар мне приснился, но…

– Это действительно кошмар… Значит, вы находились в бункере в составе группы?

– Да, на правах частного лица.

– Но группа состояла… – подполковник заглянул в свои записи. – Группа состояла из девятнадцати человек.

– Да, и четыре человека обслуги. Они разыграли весь этот спектакль с ядерной войной. Они смогли убедить нас в том, что началась ядерная война. Возможно, нас подпаивали транквилизаторами… – предположил я. – Но все это такой пустяк по сравнению с тем, что началось потом…

– И что началось потом?

– Может, сначала я обследуюсь у психиатра, а потом все вам расскажу? А то вы еще подумаете, что я сошел с ума, – с горькой усмешкой сказал я. – Кто не видел, тот не поверит…

– Нас было двадцать три человека, шестеро погибли… Куда делись остальные?

– Ну, один человек выжил.

– Кто? – оживленно спросил я.

Я не считал Сергея Павловича худшим представителем нашей группы. Во-первых, он помогал мне, а во-вторых, неизвестно, как бы повел на его месте любой другой… К тому же он хоть и косвенно, спас меня, закрыв дверь перед моим носом. Семейный блок не устоял перед напастью, зато я смог найти выход из положения. Но все же руки ему при встрече не подам. Если, конечно, нам придется встретиться…

– Ничего. Он сейчас в коме. Острая черепно-мозговая травма…

– И я бы хотел узнать, куда делись пятнадцать человек…

– Что это, по-вашему? – ткнул я пальцем в последний снимок. – Это кровь. Следы людей, которых затаскивали в этот проход…

– Люди, которые напали на нас. Только это не совсем люди. Это зомбированные существа, грязные, оборванные, с кирками… Они взорвали дверь, напали на нас, убивали и калечили. Убитых они оставили, а раненых забрали с собой. И не только раненых…

Я сделал паузу, чтобы собраться с мыслями, и рассказал, как было дело.