Побег

Хотя ты этого вполне заслуживаешь. Жаль, что тебя сейчас не видят твои уличные шестерки. Они бы с интересом поглядели, как их пахан цементную пыль жрет!

Шрам приподнялся на колени, но не решался встать на ноги и выпрямиться во весь рост.

– Вставай, гнида! – приказал Варяг. – Я последние месяцы только и жил мечтой об этой минуте. Если бы тебя, не дай Бог, сегодня Сержант пришил, или ты бы с пожарной лестницы сорвался – я бы сильно переживал!

Варяг схватил Шрама за шиворот и, с силой встряхнув, рванул вверх. Прислонив его к бетонному столбу, подпирающему крышу, он вытащил из кармана короткий нож с костяной ручкой.

– Это исторический нож, Шрам. Он мне, можно сказать, жизнь спас. Но теперь он мне больше не понадобится.

Варяг подошел к Шраму вплотную и заглянул ему в глаза.

Шрам все понял. В его глазах затаился ужас.

– Я даже свои отпечатки пальцев стирать не буду, – прошептал Варяг. – Менты найдут – пусть знают: это Варяг тебя наказал. Варяг жив!

И он резким, коротким ударом вогнал стальное лезвие Шраму точно в самое сердце.

– Все, Шрам! – Варяг в последний раз взглянул в широко раскрытые глаза убитого им предателя, мазнул взглядом по багровому шраму, перерезавшему щеку, и разжал ладонь.

У Шрама подкосились ноги, и он рухнул на пол. Варяг брезгливо вытер ладонь о штанину, сплюнул и, повернувшись, не спеша побрел к машине.

* * *…Спустя полчаса Варяг подошел к стоявшему на обочине грязно-серому «шевроле». Лицо его было окровавлено, одежда в пыли. В руке он сжимал пистолет.

– Что-то я выстрелов не слышал, – прокомментировал его появление Гепард.

– А не было никаких выстрелов, – устало ответил Варяг.

Говоря это, он смотрел на жену, на ее залитое слезами лицо. Она сидела на земле возле машины, рядом с сыном.

– Мам! – тормошил ее Олежка. – Ты чего плачешь, мам?… За нами же папка приехал!

– Да, – сказал Варяг. – Неужели ты меня узнал, сынок?

– Узнал, – расплылся в улыбке мальчик. – Только ты грязный весь. И старый какой-то. И волосы вон поседели…

– Ничего, – отозвался Гепард, садясь за руль, – отмоется, побреется – и будет твой папка опять молодой… Ну, поехали, что ли?

Варяг подошел к Светлане и, обняв ее, крепко прижался губами к ее соленому, заплаканному лицу.

– Дядя, а ты – зеленый берет, да?

– Нет, – серьезно ответил тот, – я в крапинку. – Варяг взял на руки жену и посадил в машину. Захлопнул переднюю дверцу, сел рядом со Светланой и сказал:

– Давай поехали.

«Джип» тронулся и понесся по дороге, вздымая тучи пыли.