Побег

Так, а вот этого, должно быть, и положил Голубок. Лицо разворочено, полчерепа снесено, как топором оттяпано, – кошмар… Беспалый невольно поморщился. Действительно, вроде как Игнатов. Рост – под метр восемьдесят, крепкое сложение, широкие плечи. Вроде он. Да-да, точно, его одежда. И… тапки. Эти дурацкие тапки, в которых он вечно ходил по бараку и по лагерю. Да, сомнений нет – это Варяг. Владислав Геннадьевич Игнатов. Смотрящий по России. Хранитель воровского общака, бывший, правда. Теперь уже бывший.

Беспалый аккуратно накрыл трупы простыней.

– Что скажешь, начальник? – участливо поинтересовался Заки.

 – Уж не Варяга ли ты высматривал?

– Ты всегда был очень неглупым вором, Мулла. Варяга в числе жмуриков нет… Что и требовалось доказать.

Некоторое время они внимательно разглядывали друг друга.

Мулла вдруг посерьезнел и почти вплотную подошел к Беспалому:

– А этот, последний, кого ты так внимательно рассматривал, разве тебе он не показался знакомым? – Беспалый устремил тяжелый взгляд на старика:

– Это?… Он?… Ты-то в этом уверен? – Мулла помолчал и глухо ответил:"

"– Он, Александр Тимофеевич. Кому же еще быть, как не ему.

Твой снайпер убил Варяга, – напирая на слова, тихо, как отрезал старый вор.

Беспалый почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Опытный старик все заметил, все знает. Оба помолчали.

– Ну и что теперь? – не выдержал начальник колонии.

– А что теперь? Трупы сожжем и похороним.

– Прямо сейчас? – Мулла кивнул.

– Сжигать-то зачем? – Мулла усмехнулся.

– Береженого Бог бережет, Александр Тимофеевич. На пожар всегда легче сослаться, сам знаешь.

Беспалый про себя только подивился дьявольской хитрости старого зека, который, по-видимому, тоже имел свой глубокий интерес в смерти смотрящего по России.

Коварный старик. Если этот обезображенный труп и вправду Варяг, то этим сразу разрубается гордиев узел всех внутренних проблем в колонии и, главное, кладется конец почти полугодовой схватке с упрямым вором, из которой победителем вышел все-таки он, Александр Тимофеевич.

Стоящий рядом с ним Мулла думал о своем, и его губы кривились в загадочной гримасе – то ли лукавой улыбке, то ли скорбном оскале.

Беспалый на всякий случай заметил:

– Но ведь так и доказать, что это труп того, кого ищешь, тоже непросто.

 – Мулла покачал головой:

– Свидетели есть. Их слов достаточно – тем, кому надо знать. Ты видел труп Варяга. Я видел труп Варяга. Снайпер твой видел, в кого стрелял. Этого достаточно, чтобы рапорт составить. А теперь зачем тебе этот труп – заспиртовать и тихим ходом на экспертизу в Москву отправить? Нет, Александр Тимофеевич, я этого не позволю. Эти трое несчастных никому не нужны – их тут в перелеске закопают, а его под охраной в стеклянной банке повезут? Так нечестно.