0
0— Для нас референдум уже победа, — признается Кутузов. — Жаль, что за мир еще придется повоевать. Контуженый, ты знаешь, из-за чего НАТО бесится и с нами воюет?
— Хотят быть главными.
— Они бесятся, потому что убеждены, все стремятся в Европу. У них всё лучшее, все рвутся к ним. Это платформа, на которой базируется их исключительность. А мы выбрали Россию. У них ум за разум, как так? Платформа треснула, они зашатались. Паникуют и сами себе вредят.
— Мы перетерпим, сосредоточимся и победим, — убежденно говорит Кутузов.
— Иначе никак, — подтверждаю я.
Мастер вспоминает наш телефонный разговор.
— Так, ты же по делу. Ты серьезно на счет телефонов. Сам не вспомнил?
Я трогаю голову с разных сторон:
— Тут помню, тут нет.
Шутка помогает унять волнение. Я вспомнил роковой день вплоть до деталей, но всё равно испытываю тревогу. А что, если предателем окажусь я? Возможно, ретроградная амнезия спасает меня от позора.
Кутузов достает пакет с разбитыми телефонами.
— Раз приехал, дело серьезное. Попробую восстановить удаленные сообщения.
Он высыпает перед собой груду запчастей, отсеивает пальцем микрочипы.
— Где чей? — не понимаю я.
— Ты не просил. Хорошо, хоть так сохранилось.
Мастер подсоединяет микрочипы к ноутбуку, проводит манипуляции. Время от времени комментирует:
— Ограничимся последними днями перед кончиной аппаратов?
— Восстановленное сохраню на ноуте, а потом тебе в смартфон скину.
— Дело мастера боится, если этот мастер, — Кутузов подмигивает и хрипит страшным голосом: — одноглазый.
— Вот бы мне также восстановить стертую память.
Кутузов меняет чипы:
— В этом нечего восстанавливать… А тут имеется.
— А как я определю, где чей телефон?
— Я создам отдельные папки и скину туда же инфу из чатов. По ним разберешься.
— Точно, — выдыхаю я, борясь с нарастающей тревожностью.
Кутузов заканчивает работу. Я протягиваю телефон, он перекачивает в мой аппарат результаты восстановления.
Я касаюсь пальцем дисплея. Перед глазами пять папок пронумерованные цифрами: 1, 2, 3, 4, 5. Где чья, не знаю. А может и не нужно знать? Еще раз всё стереть и забыть. Зачем копаться у ужасном прошлом?
Голова начинает болеть. Отбитый мозг не хочет новой порции лжи. Не нужно врать самому себе — ты должен знать!
Открываю первую папку. Просматриваю сначала удаленные сообщения. Тут стерто неудачное фото. Увеличиваю и убеждаюсь, никаких намеков на дислокацию нашего минометного расчета или машины с боекомплектом.
В следующей папке удаленная переписка. Много любопытного для меня, но ценности для врагов информация не представляет.
В третье й папке я открываю первый же файл и застываю. Передо мной фрагмент электронной карты.
