8
0В нем пролетарский писатель…»
– Второго выхода нет, – сказал за спиной Муравьев.
– Понятно. Ты, Игорь, здесь останься, в палисаднике, цветочки там всякие посмотри… Понял?
– Белов и Полесов, за мной.
Входная дверь была закрыта, и Данилов постучал. Осторожно постучал, как знакомый. В глубине квартиры по-прежнему мягкий актерский голос рассказывал о творчестве Горького.
Иван Александрович постучал сильнее, потом еще. За дверью закончилась передача о Горьком и начался концерт Александровича.
– Так мы до вечера колотиться будем. Видимо, Григорий Яковлевич давно уже ушел. Ты, Сережа, сбегай за дворником или слесаря приведи, жалко же дверь ломать.
– А зачем, – сказал Белов, – замок здесь английский, давайте я в окно влезу и открою.
– Я тебе влезу, ишь жиганское отродье, – раздался за спиной голос.
Данилов оглянулся. Около них стояла старушка.
– А я смотрю и думаю, не к квартиранту ли моему гости. Вроде военные. Значит, к нему. Он спит, всю ночь дежурил, теперь не добудишься.
– Правильно, мамаша, – сказал Степан, – мы к Григорию Яковлевичу, к нему самому.
– С работы, что ли, или так, друзья?..
– Мы из милиции, – прервал ее Данилов, – вы уж откройте скорее, дело у нас к вашему жильцу срочное.
– Ну, если казенная надобность…
В маленькой прихожей было три двери.
– Вон там его комната.
Данилов дернул за ручку, дверь была закрыта изнутри.
– Вы постучите, он спит.
– У вас есть второй ключ?
– Степан, ну-ка попробуй. – Данилов достал наган. – А вы бы к себе в комнату пошли, – повернулся он к испуганной старушке.
Полесов отошел на шаг и ударил плечом в дверь. Створки разошлись, комната была пуста.
Когда-то один из учителей Данилова, старый оперативник Покровский, говорил, что жилище может многое рассказать о характере человека. Иван Александрович бывал в квартирах, на которые наложила отпечаток человеческая индивидуальность. Сколько он их повидал за время работы в угрозыске! Всякие видел. Но были и такие, как эта: здесь вроде ничего не говорило о характере и склонностях хозяина. Убогая, старая мебель, пустой шкаф, под кроватью чемодан с грязным бельем.
– Позови Игоря, найди понятых, и начинайте обыск, – приказал он Полесову, – а я пойду с хозяйкой поговорю.
Иван Александрович постучал в соседнюю комнату и скорее догадался, чем услышал, о приглашении войти. Хозяйка сидела в углу под иконой и, глядя на дверь, быстро крестилась. Маленькая, седенькая, с жидким пучком волос на макушке, она была похожа на добрую, ручную белую мышь, увидевшую кота.
– Да чего вы испугались-то, – приветливо улыбнулся Данилов. – Полноте. Ваше имя-то как, отчество?
– А ты, поди б, не испугался, если бы к тебе такие ловкие пришли? Имя мое Нина Степановна.
– Вы успокойтесь, мы вам ничего дурного не сделаем. Мы же из милиции.
