Пленница Зверя

Если это не любовь, то что? Как назвать эти ощущения, которые сейчас на сердце дыры выжигают?

Солнце начинает проглядывать в крупных окнах красками рассвета, когда я нахожу в себе силы подняться с пола.

Бреду в душ. Теплые струи облегчения не приносят. Жизнь становится безынтересной и серой. Утрачивает последние лучики надежды, что еще проглядывали сквозь кромешную тьму ранее.

Я так и не спросила у Даяна, кто виновен в смерти родителей. Струсила. Не нашла на это силы.

Но я уверена в том, что слово Зверь сдержит. Накажет этого человека каким-нибудь изощренным способом.

Приносят ли эти знания мне хоть какое-то облегчение? Я даже не знаю.

"В письме, что отец оставил в ячейке, он написал мне о том, почему связался с бандитами. Сначала нужны были деньги на операцию для меня, хотя я этого и не помню, а потом он просто захотел хорошей жизни для нас с мамой, и что очень жалеет, что по его вине я оказалась в сложной опасной ситуации, раз читаю письмо.

Папа всю жизнь надеялся, что такого не произойдет, даже тогда, когда пришлось пойти против Даяна Абашева, который дал ему все, что мы имели в этой жизни.

Папе угрожали. Обещали зверски расправиться со мной и мамой у него на глазах, если он откажет в помощи. Отец не видел другого выхода, как предать. Предать своего босса во благо любимых женщин.

Теперь все это тоже неважно. Прошлое осталось в прошлом, хоть и наложило весомый отпечаток на настоящее, дерьмовое настоящее, в котором я теперь вынуждена жить.

Как и сказал Даян, на следующее утро ко мне пришел Альберт Александрович. Довольно взрослый мужнина невысокого роста.

Он возился со мной не меньше недели.

Но, по сути, он просто откупился от меня.

Подарил квартиру, дал карту с нескончаемым лимитом средств, юриста, устроившего меня в ВУЗ и, восстановившего все документы.

Даян выкинул меня из своей жизни очень просто. Раз – и нет меня.

Я прорыдала два дня. Это было тяжелое время. И жить совсем не хотелось.

Я лишилась всего. Он разрушил все.

Стадия страданий сменилась лютой ненавистью. К нему. К Зверю.

Он забрал меня. Испортил. Залез в самую душу, вывернув там все против воли.

Наверное, я должна быть благодарна, что в нем проснулось некоторое подобие совести, и он оставил мне жилье и деньги, а не просто вышвырнул на улицу.

Только вот это вовсе не то, что нужно восемнадцатилетней девушке для счастья. По крайней мере, мне.

Я решила не мелочиться и замахнулась на главный ВУЗ страны.  Скорее всего, устроить это Зверю стало гораздо сложнее и дороже. А мне так хотелось ему насолить! Альберт усмехнулся, но через три дня известил меня о поступлении.