14
0Но вот и ух отпрысков всё впереди, и именно через них можно бросить тень на империю родителей.
— Продолжай, — попросил я. Хороший подход, правильный. Пока всё верно. И не скажешь, что ей нет шестнадцати.
— Да всё просто, Хуан, — усмехнулась она и начала рисовать ряд блоков действия. — Ты узнаёшь, что есть некто… Пусть будет сын известного родителя. У которого в багаже прегрешение. Желательно кровавое — изнасилования тут мало, лучше убийство. Пусть даже не специальное, случайное, но чтобы кровяки побольше.
Вспомнился принц Эдуардо и два десятка сбитых его машиной, но я прогнал эту мысль прочь.
— Ты предупреждаешь родителя, что утопишь отпрыска с дерьмом если он… — Новый ромбик условия. — И тут ветвление. Это настолько крутой чел, чтобы грохнуть тебя? Это настолько крутой чел, чтобы ответку ему тебе помешала сделать королева? Если да — не связывайся. А потому основатели отпадают. Ну, и ещё кто-нибудь из первой сотни — скорее всего.
И тут, Хуан, твой просчёт. Ты хочешь пытаться заставить платить, но понимаешь, что это — вымогательство. Мир сплотится против тебя, и вас съедят.
Каррерас предложил повысить ставки. Но он всё равно лишь советовал сновастать робингудом, просто увеличив выплаты, «сливая» деньги в «стиральные машины» вроде благотворительных фондов.
— Он не так сказал, — покачал я головой. — Он просто намекнул про некие «стиральные машины». Про фонды — это мои мысли.
— Всё так, Хуан. Но повторюсь, вы с ним недоработали, хотя и находитесь на верной стезе. Ты путаешь понятия ГРАБЁЖ и НАКАЗАНИЕ. Только и всего. — Она поставила блок с оной надписью, «наказание», в самом низу салфетки, после чего ромбик вывода данных с пояснением «искупление», и завершила алгоритм. Довольно откинулась назад.
— Не понимаю, поясни? — попросил я.
Она перешла на доверительный шёпот.
— Хуан, люди оперируют в основном абсолютными величинами средств. Кто-то сотнями империалов, кто-то тысячами. Кто-то миллионами. Но на самом деле роль играют проценты. Не важно, сколько у тебя денег, главное какую часть от них ты можешь потерять. Для тебя миллион это много. — Я вспомнил Селену Маршалл и её родственничка по имени Эскобар, отчего захотелось выругаться. Она чертовски права. — Но для Феррейра, например, это сумма, которую она готова потратить на платье для рождественского бала.
