Форк 1941

Множество советских военнослужащих, имеющих какую-никакую подготовку и могущих в иной, не такой катастрофической ситуации нанести значительно больший урон врагу, в условиях окружения, истощения боеприпасов и потери командованием управления, даже оставшись после боёв в живых, попадали в плен.

После ада маршей пленных, перед которыми меркли издевательства «батаанского марша смерти» ждали концлагеря. До освобождения из которых дожило совсем немного из попавших в них в сорок первом.

В «той реальности» страна платила кровью свою людей и материальными богатствами и территорией всё больше и больше, а то, что терял вермахт и остальные компоненты германских вооружённых сил, укладывалось в приемлемые для Германии потери.

Число потерь СССР, размениваемое с вторгшимся в страну врагом в соотношении один к десяти, росло в страшных абсолютных числах каждый день. Выбивался состав кадровых дивизий РККА, потери материальной части достигали ужасающих величин, а подтягиваемые из глубины страны резервы, уничтожаемые нмецами по частям, почти не замедляли темп вражеского наступления…

Именно такой вывод был сделан в процессе изучения материалов книг и журналов потомка «Группой Мерецкова», а всё эти сведения были немым укором руководству страны и РККА, главные представители которых осенью сорокового года поняли, что их всех ждало.

Именно на них самих и лежала главная вина за поражения 1941-го.

В «тот раз» военачальники РККА и руководство страны компенсировали недостатки в изучении «науки побеждать» кровью бойцов.

Впрочем, где и когда было иначе? Почти все затяжные войны, кроме молниеносных и «смешных» – это цепь бесконечных ошибок и разницы между планами и реальностью.

Ныне высшему руководству страны и РККА «всего-то» необходимо было, используя эффект от послезнания, реализовать его как можно лучше.

И именно 22 июня был тем днём, когда послезнание должно было дать максимальный тактический эффект.

«Эффект везде». Который позже, с каждым днём будет спадать, ибо начнётся обратный процесс – нарастающие расхождения в истории миров.

Ибо то, что было в тысячах книг и журналах Рожкова, вовсю поигрывавшего в компьютерные варгеймы в «своём красивым и комфортном мирке 2018-го», причём сосредоточенного именно на WWII и запоем качавшего (впрок) и листавшего (достаточно часто) сопутствующую литературу, предоставило военному и политическому руководству СССР возможность – реализовать нигде и никогда не представимое.

Вся дислокация немецких войск и сил сателлитов Германии была заранее известна, как и направления ударов и расклад сил.