Финита ля комедиа

Значит, режиссер и его дочь сумели найти общий язык… Он прислушался. Лиза весьма бойко на его взгляд вела диалог Луизы Миллер с отцом, но внезапно остановилась… Тартищев подошел к кулисе и выглянул из-за нее. Лиза, насупившись, стояла на сцене, глядела в пол, а Турумин, размахивая руками, что-то внушал ей громким шепотом. Лиза сердито мотала головой в ответ, вычерчивая носком туфельки замысловатые вензеля на затоптанной сцене. Тартищев перевел взгляд в партер, отметив Булавина, что-то оживленно обсуждавшего с антрепренером, актера Шапарева, игравшего отца Луизы, и несколько знакомых и едва знакомых физиономий, вероятно, актеров театра.

Из-за спины к Федору Михайловичу подошел Алексей, заглянул через его плечо на сцену и прошептал:

— Пока все спокойно!

— Что там происходит? — спросил Тартищев и кивнул на живописную композицию, которую составляли дочь и Турумин. Режиссер, взяв ее за руку, весьма мило улыбался и заглядывал ей в глаза, а Лиза с расстроенным лицом отворачивалась и что-то бормотала ему в ответ.

— Кажется, не все у нее получается, — ответил Алексей. — Я не понял, то ли сам Турумин, то ли суфлер сделали ей замечание в том тоне, который они допускают с актерами, знаете, в таком грубовато-фамильярном, на грани приличия. Вот Лиза и взбунтовалась?

Отказывается дальше пробоваться!

— Вот, а говоришь все спокойно! — произнес расстроенно Тартищев. — Стоило мне задержаться, как все наперекосяк пошло! Вот же несносная девчонка!

— Федор Михайлович, неужто нельзя без Лизы обойтись? Ведь Вероника уже готовая актриса. Почему же ее не хотят попробовать? — с удивлением смотрел на него Алексей. — На кой Лизе сдались подобные мучения? А если она провалит премьерный спектакль? Это ведь удар для нее на всю жизнь!

— Надо же, еще один Лизкин радетель объявился! — поразился Тартищев. — Тебе-то что с того, кто премьерный спектакль играть будет? Твоя главная задача — исправно службу нести и то задание, что я тебе определил, наилучшим образом исполнить. А о Лизке и без тебя найдется, кому позаботиться!

— Зря вы так, Федор Михайлович, — глаза Алексея обиженно сверкнули, — Лиза мне как сестра…

— Сестра? — хмыкнул насмешливо Тартищев. — А она знает о том, что у нее братец появился?

— Но я ведь в переносном смысле, — сконфузился Алексей.

— А я как раз не в переносном смысле советую: не забывай, зачем тебя сюда послали, проследи, чтобы с Лизой ничего в театре не случилось, а все остальное уже моего ума дело! Только, смотри, про братские чувства не поминай! Сам знаешь, пленных она обычно не берет, коли в атаку иде…

Тартищев не закончил фразу, а Алексей не успел должным образом на нее отреагировать.