2
0Мы поменяли имя с «Хижины» на «Прекрасный вид», когда туда переехали, а нам все равно приходят письма на адрес «Тео К. Купьер, Хижина». Может, они ее решили назвали «Шамбала», а люди все равно говорят – «Родные пенаты».
Адам бросил в яму камешек. Тибетская тема начала ему надоедать.
– Чем займемся? – спросила Язва. – На ферме в Нортон-Боттом овец купают. Сбегаем, поможем?
Адам бросил в яму камень побольше и прислушался, ожидая звука удара о дно. Звука не было.
– Не знаю, – рассеянно сказал он. – Я считаю, надо что-то делать с китами, лесами, и всяким таким прочим.
– А что? – спросил Брайан, который обычно получал большое удовольствие от такого развлечения, как настоящее купание овец. Он принялся вытаскивать из карманов пакетики из-под чипсов и бросать их в яму, один за другим.
– Можно после обеда пойти в Тэдфилд и не съесть по гамбургеру, – предложила Язва. – Если каждый из нас четверых не съест по гамбургеру, им не придется вырубать миллионы гектар джунглей.
– Все равно ведь вырубят, – отозвался Уэнслидейл.
Ему было как-то очень не по себе.
Бобик, заметив внимание к себе, радостно вскочил на задние лапы.
– Такие, как вы, и едят всех китов, – сурово сказал ему Адам. – Могу поспорить, на твою долю приходится уже чуть ли не целый кит.
Бобик, ненавидя себя последней оставшейся в душе сатанинской искрой, склонил голову набок и жалобно завыл.
– Ничего себе мир, в котором придется расти, – сказал Адам. – Ни китов, ни воздуха, и все плавают в лодках, потому что уровень моря поднимается.
– Тогда атлантянам только и будет хорошо, – жизнерадостно заметила Язва.
– Угу, – отозвался Адам, хотя на самом деле не слушал.
– Потому что они смогут отправиться куда угодно, – продолжала Язва, с беспокойством глядя на него.
– Я сыт по горло всеми этими атлантянами и тибетцами, – резко заявил Адам.
Остальные ЭТИ уставились на него. Им еще не приходилось видеть его таким.
– Им-то хорошо, – продолжал Адам. – Они все ходят, расходуют всех китов, и уголь, и нефть, и озон, и джунгли, и все прочее, а нам ничего не останется. Нам надо лететь на Марс, и все такое, а не сидеть тут в темноте и сыри, и ждать, пока улетучится весь воздух.
Это был не тот Адам, которого знали ЭТИ.
Остальные ЭТИ обменялись взглядами.
– Я считаю, с этим пора кончать и начинать все заново, – сказал Адам.
Этот голос не был похож на голос Адама.
Холодный ветер пронесся в летней листве.
Адам посмотрел на Бобика, который пытался встать на голову. Вдали послышался раскат грома. Адам наклонился и рассеянно погладил собаку.
Снова послышался гром. Язву бросило в дрожь.
