2
0– Ничего подобного я не сделаю!
Я вцепилась обеими руками в кроватный столбик и забилась потеснее в угол.
Джейми некоторое время рассматривал меня прищуренными глазами, явно соображая, как быть. Мне пришло в голову, что воспрепятствовать ему сделать со мной то, что он намерен, невозможно – он тяжелее меня по крайней мере на пять стоунов. Он в конце концов предпочел увещевание действию, отложил в сторону ремень и передвинулся поближе ко мне.
– Послушай, Клэр… – начал он.
– Я же сказала, что сожалею! – перебила я его. – И это в самом деле так. Я больше никогда так не поступлю!
– Это еще вопрос, – медленно выговорил он. – Может, и поступишь, потому что ты не принимаешь всерьез вполне серьезные вещи. Думаю, ты попала сюда оттуда, где жизнь легче. Там нарушение приказа или своеволие не являются вопросом жизни или смерти. В худшем случае ты причинила бы кому-то неудобство или небольшую неприятность, но никого бы из-за этого не убили.
Я смотрела, как он перебирает пальцами коричневатую ткань своего килта – словно бы в одном ритме со своими мыслями.
– Это жестокая правда, что незначительный поступок может в наше время и в наших краях привести к тяжелым последствиям, особенно для такого человека, как я.
Он похлопал меня по плечу, заметив, что я готова заплакать.
– Я знаю, что сознательно ты не подвергла бы опасности ни меня, ни кого-то другого. Но ты легко можешь сделать это по беспечности, необдуманно, как сделала сегодня, не поверив до конца моим словам о существующей опасности. Ты привыкла сама решать за себя, – он покосился на меня, – и я знаю, что ты не привыкла подчиняться тому, что велит тебе мужчина, муж. Но ты должна этому научиться во имя нашей общей безопасности.
– Хорошо, – медленно и раздельно произнесла я. – Понимаю. Ты, конечно, прав. Хорошо. Я буду выполнять твои указания, даже если я с ними не согласна.
– Отлично. – Он встал и взял ремень. – Слезай с постели, и покончим с этим делом.
От негодования я широко раскрыла рот.
– Что?! Я же сказала, что стану подчиняться твоим указаниям!
Он вздохнул с отчаянием, потом снова уселся на стул, глядя прямо мне в лицо.
– Ну послушай. Ты говоришь, что понимаешь меня, и я тебе верю. Но согласись, есть разница между тем, чтобы понять, и тем, чтобы по-настоящему уразуметь, глубоко уразуметь, всем существом, а не только рассудком.
– Вот и ладно. Сейчас я должен наказать тебя по двум причинам. Во-первых, для того, чтобы ты и в самом деле уразумела.
Он неожиданно улыбнулся.
– Уверяю тебя на основании собственного опыта, что хорошая порка вынуждает тебя смотреть на вещи с более серьезной точки зрения.
Я еще крепче вцепилась в столбик кровати.
– Вторая причина, – продолжал он, – это люди из нашего отряда.
