Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

Алекс бросил взгляд на начавшие благоухать котлеты, которые я как раз переворачивала, сглотнул, потом вздохнул и, усевшись рядом с Гейбом, принялся за картошку, явно делая это впервые в жизни. Я отвернулась, чтобы скрыть ухмылку. Голодными мужчинами, оказывается, так легко управлять!

– Томас и Вэнди? – переспросил он так, словно ему были незнакомы эти имена.

На скулах у Гейба заиграли желваки, но ответил он достаточно спокойным тоном.

– Вэнди – дочь Роджера и его второй жены Каролины. Ей пятнадцать. А Томас – твой младший сын. Когда ты его в последний раз видел? Двадцать лет назад? Двадцать пять? Что ж, за это время немудрено забыть имя своего ребёнка.

Я была уверена, что Гейб абсолютно точно знает, когда именно Алекс появлялся здесь в последний раз. Вопрос в том, помнит ли это сам Алекс?

– Ааа, ну да, Томас, конечно! И где же он сейчас? Почему не вышел поприветствовать своего папочку?

– А с чего это ему приветствовать того, кто даже имени его не помнит? – пробормотала я, и с большей, чем нужно, силой захлопнула духовку, в которую заглядывала, проверяя, как там окорочка.

– Томас сейчас находится в клинике Джеффри, – ровным голосом ответил Гейб Алексу. Похоже, у него в этом большой опыт. По крайней мере, у него терпения больше чем у меня. Или он просто привык. – Вчера он едва не погиб. Так что прийти тебя поприветствовать он просто физически не может. Не хочешь его навестить?

– Думаю, попозже. А что с ним?

– Попал ногой под когти Линды. Случайность. Сейчас он вне опасности, но ходить пока не может.

Я обратила внимание, что подробностей Гейб рассказывать не стал. А Алекс не стал ничего уточнять. Похоже, ему и правда, плевать. Для меня это было дико, а для Гейба, кажется, вполне привычно. Хотя, чего ждать от отца, который сбагривает своих детей сыну на воспитание и навещает раз в двадцать лет.

– А, Линда! – похоже, Алекса в рассказе Гейба заинтересовала вовсе не рана, нанесённая его ребёнку. – Горячая штучка! Помню, как-то мы с ней, в один из моих приездов... Ой, извини! Вырвалось. Ты же не знал...

– Знал? Но ты никогда не давал понять, что знаешь...

– А зачем? Вы оба взрослые, имеете право развлекаться, как вам захочется.

– Интересная реакция. Я думал, что ты будешь ревновать. За Миранду-то чуть мне голову не откусил, хотя я её всего лишь по щёчке потрепал.

– Я – Рэнди! – тут же поправила я.

– Но Гейб называл тебя Мирандой...

– Гейбу можно. Тебе нельзя. Я – Рэнди! – отчеканила я.

– Алекс, ты не путай, – вступил в разговор Гейб. – На Линду мне было глубоко наплевать, переспи она хоть со всей Долиной – я бы и внимания не обратил. А Миранда – моя, и только моя. Прикоснёшься к ней ещё хоть раз – и узнаешь, что такое мой настоящий гнев. Голову оторву и не поморщусь.

– Если будет, что отрывать! – подхватила я.