Меня схватили сильные руки и оттащили назад.
— Ваше благородие, это слишком опасно! — крикнул мне в ухо начальник охраны.
Его голос был едва слышен и тонул в нарастающем грохоте.
Вдруг наступила тишина! Я понял, что барабанные перепонки не выдержали нагрузки, и мозговые центы, отвечающие за слух, отключились.
Мы двинулись назад — туда, где едва виднелись в клубах пыли Платонов, Марина и остальные. Вдруг, повернув голову, я увидел наполовину торчащий из трещины чёрный лимузин. Его медленно охватывало пламя. Через стеклянную крышу было видно, как человек внутри пытается выбить стекло, но у него ничего не получается.
Я метнулся к нему. Тухачёв и ещё три охранника топали за мной. Затормозив у машины, я упал на колени и показал человеку внутри отодвинуться. Он меня понял и исчез из виду. Ротмистр выхватил пистолет. Вытащив магазин, несколько раз ударил рукоятью по стеклу, но оно было бронированным.
Я запрыгнул на машину и дёрнул ручку двери. Не поддалась! Огонь становился всё сильнее. Ещё немного — и рванёт бензобак! Так, спокойно! Я замер, прислушавшись к механизму внутри металла.
Все вместе мы двинулись к посольскому кортежу, но справа вдруг что-то взорвалось, и нас отбросило в сторону. Пока я поднимался, из клубов дыма и пыли показались Матвей и двое телохранителей — отправились меня искать. Я показал им, чтобы возвращались, но в этот момент земля содрогнулась так, что мы кубарем полетели в разные стороны. Машины на дороге и растерявшиеся люди, которые ещё никуда не убежали, начали исчезать в расширившемся разломе. Стало темно, лёгкие заполнились едким дымом и пылью.
Рядом возник человек, которого я вытащил из машины. Он практически врезался в меня. При этом лицо у него не было испуганным. Я помог ему подняться.
Справа, вцепившись в съезжающую в пропасть тачку, в дыму показался Матвей.
— Господин! — прочитал я по его губам. — Держитесь!
Верный слуга всегда в первую очередь думает о хозяине.
Я создал вокруг нас троих защитное поле.










