Банда 3

Обложили налогом банки, магазины, рынки... Им, по-моему, даже отделения милиции платят.

— Но-но! — предостерегающе произнес Пафнутьев. — Говори, да не заговаривайся!

— А куда ему деваться? Он тебе не признается, совестно ему... Но если уловишь момент, поймаешь хорошее такое доверительное настроение... Спроси. И он признается. Милиция платит Неклясову. А суды взял себе Фердолевский.

— О, Боже! — простонал Пафнутьев.

— Не надо, Паша... Ты знаешь об этом. Может, тебе не говорили впрямую... Как это делаю я... Но ты знаешь. А если бы не знал, то я бы тебя не уважал так, как уважаю, не любил бы так, как люблю... Не преклонялся бы перед тобой...

— И что же третья банда?

— Неклясов с Фердолевским поделили все, что можно. И доля каждого их устраивала. Они не ссорились и не убивали друг друга. Они водку вместе пили. А если кого и убивали для порядка, то чужаков, которые лезли на их территорию. И чужаки, если они хоть немного соображали, понимали, что дело будут иметь с обоими.

— И появляется третья сила...

— Да, Паша. Она уже появилась. Бросила вызов и одному, и второму.

— Послушай, а если все проще? Может быть, один из этих ребят, Неклясов или Фердолевский, напал на другого, не объявляя войны? И, чтобы избежать собственных потерь, валит все на некую третью силу, которой и в помине нет?

Халандовский некоторое время задумчиво смотрел на Пафнутьева, потом взял бутылку, иней с которой уже успел стечь прозрачными струйками, и снова наполнил стопки. Осторожно поставив бутылку на стол, чтобы не спугнуть собственные мысли, он сходил на кухню, принес лимон, не торопясь нарезал его и положил на каждую из оставшихся котлет по два кружка. И только после этого поднял глаза на Пафнутьева.

— Сомневаюсь, — сказал он. — Сомневаюсь, Паша.

— Видишь ли... Эти ребята... Неклясов и Фердолевский... Они не дураки. Они очень не дураки. И есть тысячи способов узнать о коварных замыслах, которые питает другая сторона.

— У каждого из них во вражеском лагере есть свой надежный человек. И если бы тот же Неклясов затеял войну против Фердолевского, тот будет знать об этом до того, как прозвучат первые выстрелы. Они больше доверяют своим разведчикам, чем Иосиф Виссарионович. Хотя и тот был не дурак. Я подозреваю, что и он доверял своим разведчикам... Но на каком-то этапе ему было выгоднее делать вид, что он им не доверяет...

— Не будем о Сталине, — перебил Пафнутьев.

— А я о нем и не говорю, — невозмутимо ответил Халандовский. — Я говорю о Неклясове и Фердолевском. Они тоже могут делать вид, прикидываться и валять дурака... Но когда появляются трупы... Это уже невозможно.

— Что произошло сегодня утром у Леонарда?

— На одиннадцать была назначена встреча Вовчика Неклясова и Кости Фердолевского. Неклясов прибыл вовремя, Фердолевский опаздывал.