Впрочем, учитывая весьма впечатляющий боезапас к семидесятишестимиллиметровым танковым орудиям, последнее было не столь уж и существенным – главное, врага спалить… вот и жгли, чего уж там. Очень даже неплохо жгли.
Разумеется, фрицы попытались использовать свою излюбленную и, как им казалось до сего момента, безотказную палочку-выручалочку и вызвали авиаподдержку (разработанные под руководством Карикова «глушилки», которые сам он гордо именовал «мобильными комплексами РЭБ первого поколения», к сожалению, имелись пока лишь в некоторых подразделениях). Первую волну «лаптежников» всерьез потрепала ПВО, заодно приняв боевое крещение и испытав в реальном бою самоходные «зушки».
Вышло очень даже неплохо: добившись лишь нескольких относительно удачных попаданий, немецкие летуны вывалили остатки боекомплекта в поле и торопливо ретировались, потеряв четыре самолета. Один воткнулся в землю практически сразу, другой просто взорвался в воздухе, и еще два, растянув следом дымные шлейфы, попытались уйти, но грохнулись уже через несколько километров.
А вот вторую волну встретил обещанный Батонычем своему штабу «сюрприз».
И на строго выдерживавшие строй девятки «Ю-87» внезапно повалились, звонко завывая моторами, краснозвездные истребители авиационного прикрытия, всеми правдами и неправдами стребованного Владимиром Петровичем в штабе фронта. Ну, если уж честно, не совсем в штабе, а на, гм, куда как более высоком уровне, но какая, собственно, разница, если прилетевших без собственного сопровождения фрицев разнесли в хвост и в гриву? Так разнесли, что на аэродром базирования вернулась от силы половина? Да и наши пилоты в очередной раз потренировались…
Глядя на очередной падающий «Юнкерс», вошедший в последнее в своей жизни пике – или, правильнее сказать, штопор, вон его как, бедолагу вокруг себя крутит, только какие-то лохмотья от плоскостей в стороны разлетаются? – Бат грустно усмехнулся, внезапно вспомнив Виталькиного знакомца, комэска Захарова.
Того самого, которого они с Дубининым в условиях жесточайшего цейтнота (в смысле под обстрелом немецких танков) грузили в транспортный самолет вместе с документами для Виссарионовича. Где-то он сейчас, летун? А ведь вполне возможно, что в кабине одного из этих истребителей! Парень-то боевой, вряд ли где в тылу отсиживается – не тот человек.
Да и Сталину не с руки его от фронта прятать – что он эдакого видел, собственно? Как грузили из невиданной машины непонятные коробки? Жаль, не помнит, как парня звали. То ли Сашка, то ли Лешка? Дубинин бы точно вспомнил, у него память молодая, не чета ему, уже практически старперу… Сплюнув с досады, Владимир Петрович поправил шлемофон и полез в башню.
3
0
