Немая сцена продлилась секунды полторы, после чего фашист, чьего имени я так и не узнал, бросился навстречу:
– Герр полковник, вы ранены? Я… – Немец замер, глядя за наши спины. – Кто эти люди, я их не знаю?! Почему у них брюки русских диверсантов?
«И в кого ж ты у нас такой внимательный, козел? – мелькнула и пропала мысль. – Впрочем, какая уж теперь разница…»
Рука оперативника метнулась под полу гражданского пиджака, к наплечной кобуре. Все, погнали…
Отпихнув Рейнхарда в сторону, чтоб не мешал, я приставил револьвер к животу «бодигарда» и несколько раз нажал на спусковой крючок.
И только сейчас, привлеченные непонятными движениями, из кабин выглянули водители. Далековато до них, не с моим «мастерством», да и патроны, похоже, закончились.
– Лейтенант, прибери шоферюг!
Раздалось несколько хлопков, один из фрицев вывалился из машины вниз головой. Второй, наоборот, откинулся обратно на сиденье. Подстегнутое мгновенно выброшенным в кровь адреналином сознание отметило конвульсивно подергивающийся сапог с отполированными шляпками гвоздей и овальными подковками и сверкнувшие на солнце трещинки пробитого пулей лобового стекла.
– Полковник, давайте быстрее. – Я подтолкнул абверовца в напряженную, словно доска, спину. – Садитесь за руль и уезжайте, мы тут приберем. Прощаться не станем, времени нет.
– Лейтенант, фрицев – в кузов, и отгони грузовики в лес. Замаскируй. Хрен с тобой, уходим пешком.
Подхватив чемодан с «секретным прибором», я поволок его к опушке. Блин, к весу смартфона прибавилось килограммов десять! Сам контейнер плюс тот ящик с аккумулятором и трансформатором, что мне с гордостью продемонстрировали в Берлине как вершину местной технической мысли.
И в этот момент я внезапно понял, что за мысль от меня ускользала столько времени.










