2
0— Лохматый? Альберт, альфа тундровых волков.
— Какой неприятный, — пробормотала, отступая от окна вглубь комнаты, когда неожиданно словила пронзительный взгляд мгновенно сузившихся глаз.
Макс строго велел без него из комнаты носа не показывать и ушел. Я же занялась хозяйством — заправила постель. На этом с делами было покончено и следующие 20 минут я посвятила себе. Приняла душ, высушила волосы и нарядилась в очередной летний сарафан.
Вскоре пришел Макс и позвал на завтрак. Спускаясь по лестнице на первый этаж, мы шутливо переругивались.
— Вот скажи, почему я каждое утро обнаруживаю одного наглого волка у себя в постели? — грозно спрашиваю, уперев руку в бок.
Макс улыбается и в мою грозность верить отказывается. Легко привлекает к себе и звучно чмокает в кончик носа.
— Привыкай. Я в твоей постели на всю жизнь.
Тут же получает тычок под ребра, но руку и не думает выпускать из своей. Так и ведет меня, как ребенка, в гостиную.
Мы входим в комнату, и я в испуге останавливаюсь, натыкаясь на хищный взгляд патлатого варвара — Альберта. В гостиной много других оборотней, они заняли все диваны и кресла. Но только Альберт резко подался вперед, впившись пронзительными светло-серыми глазами в мое лицо. Он с шумом втягивает воздух и, кажется, собирается наброситься на нас.
— Что происходит? — шепчу лопаткам Макса.
Как они оказалась перед носом — заметить не успела. Вот только что смотрела на странного заросшего оборотня, и, вдруг, любуюсь на турецкий трикотаж, обтягивающий стройную спину Макса.
Не получив ответа, осторожно, буквально одним глазом, выглянула из-за плеча своего защитника. И обнаружила еще одного — Виктора Эдуардовича. Он стоял стеной перед нами и закрывал своим телом от жутковатого Альберта.
Остальные присутствующие в комнате остались на своих местах и внимательно наблюдали за происходящим.
— В чем дело, друг? — спокойно, но твердо задал вопрос Игнатов.
— У тебя должна быть веская причина, чтобы пугать пару моего брата. — продолжил Виктор Эдуардович.
Альфа тундровых волков кашлянул, прочищая горло.
— Я не уверен. Возможно, я ошибся. Позволь поздороваться с твоей невесткой и лично принести извинения.
Голоса братьев раздались одновременно, перекрывая друг друга.
— Макс, — Виктор обернулся к нам. — Все в порядке. Альберт — мой друг и он не обидит Женю.
Макс недовольно заворчал и с тревогой посмотрел на меня. Я беспомощно хлопала ресницами и беззвучно открывала рот, здорово напоминая самой себе рыбину, волею судьбы оказавшуюся на суше. Про то, кого я напоминала присутствующим, старалась не думать.
Макс выглядел очень встревоженным, а Виктор Эдуардович, наоборот, спокойным, как тибетский монах.
