Училка и хулиган

Такой тяжелеющий взгляд я у него уже видела и примерно представляла, что у слегка озабоченного волчары на уме.

— Мне нужно в ванную, — выпалила я и метнулась к лестнице на второй этаж.

— Я с тобой! — Полный энтузиазма голос и бодрый топот за спиной придали ускорения и я влетела в комнату ракетой.

Попыталась закрыть дверь, но Макс не позволил, упираясь в деревянное полотно с другой стороны.

— Макс, — пропыхтела я, налегая всем телом на дверь, — ну будь человеком! Дай помыться спокойно.

— Ты неправильно поняла… Я же помочь хочу.

— Знаю я твою помощь! После такой помощи и трусов не найдешь!

— Они тебе больше не понадобятся, — "успокоил" Макс и легко распахнул дверь, чуть не уронив меня. Вот так некоторые безобразники бережно относятся к своей паре. Не верьте, мужикам, девочки. Врут они все…

— Ну ты и нахал! — сокрушалась я минутой позже, когда оборотень уже настроил воду в душе и пытался стянуть с меня футболку.

— Я знаю, — многозначительно поиграл бровями коварный тип.

Вы уже знаете, что я девушка приличная и стеснительная, но почему-то Максу это оказалось невозможно объяснить. На мое слабое сопротивление, сопровождаемое попытками разъяснить, что у женщин должно быть свое личное пространство, он только ухмылялся. Тут дернул, там потянул и вот я уже стою голая и румяная от стыда под теплыми струями воды.

Оборотень одним движением избавился от спортивных штанов и шагнул следом, прикрыв за собой дверцу просторной душевой кабины. Специально что-ли такие большие кабинки сделали? Знают волчары свои сексуальные аппетиты и привычки.

Макс оказался знатным банщиком. Так тщательно меня еще никогда не мыли. Ни одного местечка не пропустил, бесстыжий. И мой возмущенный писк его нисколечко не образумил. Наоборот, раззадорил. Чем больше я кряхтела и пыталась вывернуться из скользких наглых рук, тем настойчивей он намывал дрожащее тело.

Я уже устала ругаться и даже почти не сопротивлялась, разомлев от размеренных мягких поглаживаний, когда Макс, наконец, ополоснул меня чистой водой и неожиданно толкнул, оттесняя к мозаичной стене. И сам прижался всем телом, распластывая по холодной плитке.

— Ну ты издеваешься что-ли? До кровати никак не дотерпеть? — заныла я, цепляясь за мощные плечи, когда твердые губы захватили в плен съежившийся сосок.

Вместо ответа, оборотень оттянул нежную вершинку и несильно сжал, вызвав потрясенный всхлип.

— Что ты….