7
0Она совсем не смущается и без умолку болтает, что в моей ситуации очень даже полезно. Болтун – находка для шпиона. Да-да. Впрочем, сведения, которыми она располагает, особой ценности не имеют.
У вокзала она выходит, а я еду дальше. Еду-еду-еду и, наконец, приезжаю.
– Егорка, по тебе можно часы сверять! – с улыбкой говорит Любовь Петровна и смотрит, как всегда ласково. – Молодец, сынок. Голодный? Или опять нет?
– Скрывать не буду, сегодня не успел поесть.
– Так первый день школы, ещё комитет комсомола придумали.
– Зина! – кричит тётя Люба в коридор. – Ну-ка, сообрази там комсомольцу нашему перекусить.
В этот момент из боковой двери, ведущей в подсобное помещение появляется хмурый мужчина. Увидев меня, он на мгновенье замирает, одаривает неприязненным взглядом, а потом отворачивается и снова уходит в подсобку. Он не наш, здесь не работает, но я его сразу узнаю. Это Игорёша, которому я передавал свёрток от Гусыниной.
Заметив, как он на меня посмотрел, она сразу меня выпроваживает.
– Иди, Егор, Зинаида тебя покормит. А я тут пока закончу, и потом тебя позову.
Зинаида, крупная и бесхитростная баба, та, что не пускала меня, когда я пришёл в первый раз на работу, оказалась доброй и незлобивой, и мы даже подружились. Она даёт мне большой бутерброд, сложенный из куска батона и ломтя «Докторской» колбасы, и стакан сметаны.
– Ложку сам возьми в шкафу, – говорит она и машет рукой на соседнюю с директорской комнату.
Я без задней мысли иду за ложкой и оказываюсь в небольшом помещении с индивидуальными шкафчиками. Оно служит раздевалкой и соединяется дверью с подсобкой. Сейчас эта дверь приоткрыта и из неё доносится мужской голос, принадлежащий Игорёше.
– Люба! – немного взвинчено говорит он. – Я уже тысячу раз говорил, но тебе хоть кол на голове теши! Никаких посторонних! Почему пацан какой-то у тебя в курсе всех дел? Что ты творишь?!
– Игорёша! Ничего он не в курсе, чего ты бесишься! Его Юра прислал, так что я парню верю. Отличный парень, золотой. Он ещё в школе учится. Что опять за паранойя?!
– Да у тебя бардак такой, что все всё знают! – едва сдерживается он. – Так нельзя, Люба! Есть две-три проверенные работницы и всё! Создай такие условия, чтобы из этого узкого круга ни один писк не вылетал! Ты поняла? У тебя здесь каждый день новая продавщица! В бакалее опять! Ну, так ты ж научи своих девок держать язык за зубами, а остальные, чтоб ничего не знали! Ничего! Ты поняла?!
Дверь с грохотом закрывается. Интересное кино. Я сажусь на стул и съедаю бутерброд. Вкусный, ароматный, ностальгический. Потом достаю из шкафа ложку и ем сметану. Тоже вкусная. Густая. Интересно, с крахмалом или нет?
Закончив трапезничать, я возвращаю Зине стакан, предварительно его помыв.
