0
0– Потом бросаем гранату! Нам по барабану, живым тебя брать или мертвым!
Лицо Федора Николаевича сделалось каменным, омертвело. Расправились плечи. Он уперся суровым взглядом в дочь. Та съежилась еще больше.
– Папа, папа… Давай сдадимся?
– Помолчи, – пробормотал Мозиляк и подошел к дочери. Несколько мгновений он пристально смотрел ей в глаза, потом нагнулся, поцеловал в лоб. Потом приставил ей к груди ствол. Жаркий пот брызнул со лба дочери.
– Папа, папа… не надо… зачем… – Она не могла говорить, хрипела. Идею сопротивляться, вырвать ружье у отца, попробовать сбежать она даже не рассматривала. Женщину словно парализовало. Только губы тряслись и глаза смотрели то на ружье, то на окаменевшего отца.
– Прости, дочка, так надо, – пробормотал Мозиляк.
Женщина расслабилась, опустила голову. Раз надо, значит, надо, отцу виднее. Она вздохнула – словно воздухом решила запастись на всякий случай. Прогремел выстрел – Василинка дернулась, упала боком с открытым ртом. Заволновались ополченцы на втором этаже, выстрелы затрясли крышку чердачного люка. Мозиляк старался не смотреть на тело дочери. Он уже спешил к ней – быстро разулся, установил ружье прикладом в пол, сунул в рот стволы, отыскал большим пальцем ноги спусковой крючок, зажмурился…
Полковник Масловский тоже в этот день был не в лучшем расположении духа. Стреляться не хотелось, не лежала душа к необратимым вещам. Послать пулю в висок никогда не поздно. Он сидел в кабинете, в который переоборудовал одну из комнат своей квартиры, мрачно смотрел на сейф, в котором лежал пистолет. Нет, он тряхнул головой, не будет того. Жизнь прекрасна и удивительна. В мире так много интересных профессий, помимо той, которую он тянул с 1991 года. Он не был дураком, он все понимал, что происходит в стране, КТО ИМЕННО стоит у власти, и куда они тянут простое население. В очередной раз проехали по мозгам. Сколько еще майданов должно пройти, чтобы украинцы поняли, что их тупо разводят? Маленький, но гордый украинский народ, блин… И с украинской независимостью все ясно (теперь от нее точно ничего не зависит), и война на Донбассе – глупейшее занятие, навязанное стране кучкой негодяев, и Крымские горы, теперь навеки будущие продолжением Кавказских, и идиоты те, кто считает, что это не так. Украина останется в том или ином виде, никому она, по сути, не нужна, но никогда ей не быть членом ЕС, НАТО, а быть ВСЕГДА нищим младшим братом, кормящимся тем, что не доели старшие…
Он не был упертым патриотом. Втихую посмеивался над «свидомыми». Но Павел Константинович был прожженным карьеристом, в принципе любил свою работу, зарплату, возможности для подработок. Любил, когда от него что-то зависело. Он не любил проигрывать.
