2
0— он недовольно морщит нос, — показное и чертовски напыщенное место.
— И о каком размахе мы говорим? Ради бога, сколько там комнат?
— На территории есть павлины. И олени. Что касается комнат, я точно не могу сказать. И, конечно, я никогда не был внутри их всех.
О... боже... боже. Это не... он не может на самом деле ожидать от меня этого… Почему, черт возьми, я вдруг так ошеломлена?
— Я не могу пойти и встретиться с твоим отцом, Дэш. Я не могу поехать в твое родовое поместье. Я не вписываюсь в такое место.
— А думаешь я вписываюсь? — Он проводит пальцами по моей обнаженной руке, слегка хмурясь.
Его волосы стали намного темнее, чем когда-то, теперь они почти каштановые. Он по-прежнему бегает каждое утро, но его загар почти исчез. Вот как выглядит мой прекрасный английский мальчик в его естественной среде обитания, и я предпочитаю эту его версию. Он выглядит таким серьезным, когда рисует фигуры и завитки на моей коже, глядя на свою невидимую работу.
— В какой-то момент… я унаследую его титул, — тихо говорит он. — Сейчас это кажется невозможным, но в какой-то момент я захочу вернуться в Суррей и управлять поместьем. Я никогда не вписывался туда, но это... не значит, что я не могу. И не значит, что я не смогу приспособить это место под себя. — Дэш задумывается на секунду. — И к тому времени у меня такое чувство, что между нами... возможно, что-то... немного... изменится, Стелла.
— Что значит «изменится»?
Он пыхтит, глядя на меня.
— Ты умная и прекрасно знаешь, что это значит. Я хочу, чтобы ты немного подумала об этом, прежде чем мы пойдем по этой дороге намного дальше. Однажды я перестану быть лордом Ловеттом. Я стану герцогом Ловеттом, а ты? Ты станешь герцо…
Я закрываю ему рот ладонью, прежде чем Дэш успевает закончить слово. Его глаза расширяются, хотя в уголках появляются морщинки, и я могу сказать, что парень улыбается в мою ладонь.
— Не надо. Не произноси это слово вслух. Я не... это не... я не буду…
Он кивает, говоря в мою руку. Его слова приглушены, но все еще прекрасно слышны.
— Так и будет. Когда придет время, думаю, так и будет. — Дэш нежно берет меня за запястье и отводит мою руку. — Я надеюсь, что это произойдет, — подчеркивает он. — Но не волнуйся, всему свое время. Мой старик все еще жив и бодр. Ты должна стать астрофизиком, а я величайшим композитором в мире. В какой-то момент я задам тебе важный вопрос, а ты дашь важный ответ. Все, о чем я сейчас прошу — это поздний чай с отцом.
— Что, черт возьми, за поздний чай? — пищу я.
— Это чаепитие с небольшими бутербродами и маленькими пирожными.
