Правила бунта

Она так увлечена своими отношениями с Рэном, что не замечает боли в моем голосе, когда я говорю ей, что мне понравилось заниматься с ним сексом.

В конце месяца на день рождения Рэна парни из Бунт-Хауса исчезают, и Элоди безутешна, хотя и притворяется, что это не так. Она проверяет свой сотовый двадцать три раза в течение часа, прежде чем я перестаю считать и оставляю ее тосковать по Темному Лорду Бунт-Хауса.

В следующие недели жизнь идет своим чередом.

Мерси возвращается в Вульф-Холл, расхаживая с таким видом, будто никогда не уходила, что выводит Рэна из себя.

Я занимаюсь с Элоди и Прес.

Я иду еще на три свидания с Андре, и он говорит мне, что влюблен в меня на заднем ряду кинотеатра, так мило и искренне, что чувствую себя чудовищем, когда благодарю его и не отвечаю то же самое в ответ.

Однажды вечером Мерси прерывает нас с Элоди, болтающихся в ее комнате — в старой комнате Мары — и рассказывает, что у Мары был тайник. Ниша в эркере, под подоконником. Я ничего об этом не знала, но оказалось, что Мара вела дневник, и она забыла взять его с собой, когда покидала академию.

Я убеждаю Элоди, что дневник лучше оставить у меня. Клянусь ей, что отнесу его в полицию. Ненавижу лгать, но отдать дневник было бы катастрофой. Одному Богу известно, что там внутри — о скольких нарушенных законах написала Мара, прежде чем сбежать в Лос-Анджелес — и каковы могут быть последствия, если ее признания попадут не в те руки.

А потом... меньше чем через неделю… доктор Фитцпатрик (с очень заметной разбитой губой) объявляет, что мы должны выполнить совместное задание с другим студентом, с которым мы обычно не работаем, и Дэшил Ловетт заявляет, что хочет работать со мной.

В ту секунду, когда слышу, как он встает и говорит это, я вырываюсь из странного тумана, в котором существовала в течение нескольких недель, и возвращаюсь в свое бренное тело.

В ушах звенит — пронзительный ужасный звук, который перекрывает всю болтовню и скрип стульев, происходящих вокруг меня.

Дэш каким-то образом появляется передо мной, одетый в отглаженную рубашку и очень дорогие на вид туфли. Выражение его лица нечитаемое, когда он смотрит на меня сверху вниз. Его рот слегка кривится, когда он обращает свое внимание на мою подругу, сидящую на диване рядом со мной.

— Давай. Вставай, Элоди. Мне нужно сесть рядом с моим партнером.

— Ты еще пожалеешь об этом, — огрызается Элоди.

О, узнаю самоуверенный, высокомерный взгляд, каким сейчас смотрит Дэшил. Я видела его миллион раз, и, увидев сейчас, мне хочется кричать. Он припирается с Элоди — что-то насчет Рэна — но я не слушаю. Слишком занята, сдерживая этот крик.

Элоди выглядит несчастной, но встает и уходит. Я застываю на месте, когда Дэшил садится рядом со мной на диван.