1
0Денис выдержал паузу и вновь заговорил:
– Однажды у меня была ломка. Страшная штука. Боль во всех суставах. Это похоже на то, будто тебе кто-то с особой жестокостью выкручивает конечности… Мышцы дико ноют. Ничего делать не можешь – ни спать, ни есть, ни пить… Организм истощается жутко. Тогда я очень сильно сбросил вес. Я был настолько раздражительным, что просто кошмар. Меня раздражали люди, свет, любые звуки. Руки и ноги перестали слушаться. Если вставал, то сразу натыкался на что-нибудь. Пережить ломку без лекарств крайне трудно. Желание уколоться настолько сильно, что ты не способен думать ни о чём другом. Я кололся месяца три. Срок небольшой. Батя вовремя меня поймал и заставил лечиться. Это сработало. Правда, потом началась такая депрессия, что просто не передать словами. Я лежал на кровати и смотрел, как по стене ползает муха. Я мог наблюдать за ней несколько дней. Мог только дойти до туалета, дотянуться до стакана воды, а потом вновь лежал и искал глазами муху. Никаких мыслей, никаких переживаний, полное отрешение. Но мне повезло, я выкарабкался – стажа не было. Даже трахаться не хотелось первое время, и я перепугался, что могу стать как отец. Сейчас я колюсь редко. Так, под настроение, в хорошей компании. Вот сегодня себя побаловал.
– А отец твой сказал, что ты только на кокаине сидишь.
– В основном на нём. Я люблю его нюхать. Нюхаешь, забываешься. Чтобы батя сильно не орал, часто говорю ему, что наркотики это плохо, тогда он успокаивается. Он боится, что я медленно и верно себя убиваю.
– Правильно боится. При таких темпах тебе скоро и беспорядочная половая жизнь не поможет. Скоро она будет тебе не нужна.
– Не каркай. С этим пока проблем нет.
– Ты правильно употребил слово «пока».
– В общем, я всё это к тому говорю, что если батя на наркотиках меня поймает, то ты должна меня отмазать.
– Ну если я что-то ещё надумаю, то обязательно тебе скажу.
– Ты говори, не стесняйся, – с вызовом произнесла я.
Денис расстегнул рубашку и лёг на песок.
– Что-то мне нехорошо. Наверное, я перебрал. Спиртное, героин… Намешал много всего. Меня реально колбасит. Как ты думаешь, я не сдохну?
– Нет, что ты. Такие своей смертью не умирают, – попыталась я пошутить, но, поняв, что Денису на самом деле плохо, напряглась и сразу стала серьёзной.
– Может быть, тебе ещё уколоться? – Я посмотрела на скорчившегося Дениса и порылась у него в карманах. – Есть чем?
– Алина, мне совсем плохо. Мотор отказывает. Может, «скорую»?
– Давай я лучше тебя уколю. Я уверена, что тебе полегчает.
Я говорила, а сама думала только о том, что почти все наркоманы умирают от передоза. Достав из кармана Дениса инсулиновый шприц и ампулу, я набрала в шприц жидкость, специально сделав так, чтобы в нём было побольше воздуха, и протянула Денису:
– Коли.
