0
0Я просто хотела поцеловать это запястье и провести языком по длинным изогнутым линиям его татуировки – крыльев, обвивавших его предплечье и сходившихся за маленькой фигуркой на внутренней стороне запястья. Ангел?
Его мускулистый торс был обнажен, бедра прикрыты простыней, и, как обычно, он сбросил одеяло на пол. Я уже поняла, что ему жарко; если бы меня здесь не было, он, вероятно, даже не стал бы утруждать себя простыней.
Я схватила одеяло, выключила свет и, скользнув в постель, укрылась.
Мое сердце бешено заколотилось, когда я почувствовала, как Джесси пошевелился. Он придвинулся ближе ко мне – кровать прогнулась, заставив меня слегка съехать назад… и прижаться к Джесси. Я ощутила всю длину его твердого, горячего… тела под простыней.
Я тихо вздохнула и проигнорировала его.
Его рука скользнула под простыню; он положил ее на изгиб моей талии и, слегка сжав, притянул меня ближе к себе.
Этот гад обнимал меня. Обнаженный.
– Давай сыграем в игру, – прошептал он, его горячее дыхание щекотало мне ухо, а голос звучал тихо в темноте. – Точнее… давай заключим пари.
– М‐м‐м, – уклончиво пробормотала я, притворяясь, что сплю. На самом деле это была моя единственная линия защиты. Сердце бешено колотилось у меня в груди, а между ног колотился пульс. Здесь становилось по-настоящему жарко, адски быстро.
К сожалению, у меня еще не было возможности провести тест-драйв нового вибратора, так что возбуждение от вчерашнего вечера только усилилось из-за того, что я весь день так или иначе проводила с Джесси, наблюдала за ним и терпела его многочисленные поцелуи… когда он выходил на сцену, когда уходил со сцены, когда мы позировали для фотосессий в течение всего дня. Я просто продолжала принимать поцелуи, объятия, привычные прикосновения. Все это было только для виду, просто частью представления.
Конечно, у нас не было зрителей в темной спальне гастрольного автобуса, но все же. Я знала, что он что-то задумал.
Когда он провел теплым, влажным кончиком языка по моей шее, я сильно вздрогнула. Он застонал в ответ и придвинулся ближе, так что мне пришлось отстраниться, иначе я бы расплавилась под ним. Он провел кончиком носа по моему затылку, по волосам, отчего я снова задрожала. Затем он прошептал мне на ухо:
– Спорим, ты сдашься раньше, чем я.
Этот мужчина был воплощением зла.
Я почувствовала, как его горячее дыхание щекочет мне затылок, когда он засмеялся.
Я напряглась, отстраняясь от него.
Он думал, что может играть на мне, как на музыкальном инструменте?
Я отбросила одеяло и, спотыкаясь, выбралась из постели в темноте. Да, он меня возбуждал. Означало ли это, что я просто раздвину ноги и позволю ему заняться этим со мной?
Если выдающаяся Эль продержалась всего год, то мне повезет, если я останусь хотя бы на неделю.
