Порочный рокер

Но потом мне стало совсем плохо.

Как только мы добрались до отеля, я сразу же отправилась в душ. Мне нужно было побыть одной несколько минут и окунуться в горячую воду, чтобы привести мысли в порядок. Денек выдался сумасшедший.

Сначала я подумала, что Джесси встречается с кем-то, возможно, с Эль, за моей спиной. Затем велела Флинну отвезти меня к нему, чтобы сорвать свидание, за что стоило бы извиниться перед ними обоими. После этого познакомилась с красивой, но явно обеспокоенной сестрой Джесси и наблюдала за тем, как весь вечер он был сам не свой. Я никогда не чувствовала, чтобы от него исходило такое напряжение. Единственное напряжение, которое я привыкла испытывать в присутствии Джесси, это сексуальное, что приносило мне настоящую радость.

Затем я вспомнила крышесносное шоу, которое заставило меня одновременно желать выступления полного состава Dirty на одной сцене, и быть подавленной из-за скорого окончания тура. Возможно, мне никогда не представится такой шанс… Поскольку я просто не могла представить себя в очереди за билетом на концерт Dirty, когда они отправятся в свой следующий тур, и то, как стою в толпе и лишь наблюдаю за ними со стороны, словно обычная фанатка. Эта мысль чуть не довела меня до слез.

И потом эта стычка с Эль, от которой у меня скрутило живот. И выпивка, которую я поглощала, чтобы заглушить это чувство. И чересчур интимное объятие Зейна, такое неожиданное, немного лестное и столь неуместное, что мне стало не по себе. Я раздумывала, стоит ли рассказать об этом Джесси, когда дверь в душевую открылась, и он, будучи обнаженным, шагнул в горячий пар.

– У нас никогда не было душа, о котором ты тогда говорила, – сказал он, обхватив меня руками за талию и прижавшись ко мне сзади.

– Ну, знаешь, того, что в твоем списке. Топ‐5 извращений.

– Ах, – судорожно выдохнула я, когда он поцеловал меня в шею. – Ты об этом.

И тут все неурядицы вечера словно испарились. Душ с обнаженным, мокрым Джесси отвлек от воспоминаний, из-за которых, как мне казалось, я была расстроена всего несколько мгновений назад. Особенно когда он начал намыливать меня мочалкой и покусывать ухо, а затем проникновенно прошептал:

– Ты нравишься Джессе, – сказал он, поворачивая меня лицом к себе. – Я не видел ее такой счастливой… – Что-то омрачило его лицо, снова встревожив меня. – Довольно долго.

– Ты хочешь сказать, что она никогда не танцевала на столе с другими твоими подружками?

Его губы тронула легкая улыбка.

Полчаса спустя, когда мы были распаренными, чистыми и сухими, я рухнула в постель. Джесси последовал за мной, оставив включенной лампу у кровати, и забрался ко мне под простыню. Он вытянулся рядом со мной, и я лениво обняла его за талию. Он был таким теплым, а кожа удивительно мягкой.