0
0– Ты всегда будешь нашей, даже если все, что у нас сейчас может быть, – эти маленькие украденные мгновения. Ты запечатлена в наших костях, в наших душах, и ничто не сможет этого изменить.
Слезы, которые я сдерживала, скатываются по щекам – две маленькие капельки стекают к подбородку, и я прислоняюсь к Рэнсому, ощущая его тепло и твердость, а потом закрываю глаза.
– Трахни меня, – тихо прошу я. – Может, у меня на пальце и кольцо Троя, но я хочу, чтобы во мне был твой член.
Он вздрагивает, руки Рэнсома хватают меня и прижимают к себе. Его губы находят мою шею, оставляя там теплые поцелуи, после чего он медленно ослабляет хватку.
– Наклонись, – хрипит Рэнсом. – Держи подол задранным.
Я с трудом сглатываю и делаю, как он говорит. Кончики его пальцев легко скользят по моей коже, затем подцепляют резинку трусиков, стягивая их до лодыжек.
Я тихо стону. Даже в этой тускло освещенной комнатке я чувствую, что Рэнсом все видит, и у меня краснеют щеки, но я не хочу прятаться. Только не от него.
– Вот и ты, ангел, – бормочет он почти благоговейным тоном, проводя пальцем по моей промежности. – Чертовски красивая.
– Рэнсом, – шепчу я, смаргивая очередную слезинку, прежде чем она успеет скатиться. Даже сейчас я осознаю тот факт, что не могу позволить себе испортить макияж, и я ненавижу, что мне приходится беспокоиться об этом. Что я должна думать о чем угодно, кроме того, что вот-вот произойдет. – Я не могу ждать. Пожалуйста. Я…
– Тебе не нужно умолять, красавица. Не в этот раз. Я не смог бы отказать тебе, даже если бы захотел. Я трахну тебя так, как ты того заслуживаешь, хорошо?
В его тоне столько обещания, что мое сердце замирает. Я киваю, тело напрягается в предвкушении, и сквозь шум работающего вентилятора я слышу, как звякает ремень Рэнсома, когда он расстегивает штаны и вынимает член.
Как и обещал, Рэнсом не заставляет меня умолять или ждать. На секунду он трется головкой члена о мою скользкую щелку, возбуждая меня, а затем проникает внутрь. Я тихо всхлипываю, когда мое тело растягивается, чтобы принять его. Я чувствую каждый бугорок на его члене, каждое колечко его пирсинга. Он наполняет меня, и это ощущается будто возвращение домой.
Мой рот приоткрывается от тихого стона, ноги слегка дрожат, когда его бедра прижимаются вплотную к моей заднице, а член погружается в меня по самые яйца.
– Ты в порядке? – спрашивает он, поправляя хватку на моих бедрах.
– Да, – отвечаю я, хотя «в порядке» – не то слово. Я до сих пор не нашла подходящего, чтобы можно было описать, насколько прекрасно чувствовать себя трахнутой этим мужчиной, но «в порядке» даже близко не подходит.
– Моя девочка, – бормочет он. – Теперь держись.
