Порочная клятва

Когда он снова подходит ближе, что-то гораздо более толстое, чем его пальцы, прижимается к моей заднице.

Я резко вдыхаю, пальцы ног сжимаются. Его татуированный член такой большой, что обычно мне трудно засунуть его даже в свою киску, а сейчас он кажется еще толще, когда Мэлис начинает вводить его в более узкую дырочку.

Это немного больно, хотя и приятно, и я хнычу, прикусывая губу, пока стою на дрожащих руках, которые едва меня держат.

– Вот и все, – успокаивает меня Рэнсом. – Ты чертовски хорошо справляешься, ангел. Ты удивительная. Посмотри на себя.

– Ты сможешь, – бормочет Виктор, и хотя я знаю, что он все еще стоит в изножье кровати, мне кажется, будто он шепчет эти слова прямо мне в ухо. – Я видел, что ты сделала с той пробкой. Как сильно ты этого хотела. Как это тебя возбудило. Ты готовилась к этому моменту, не так ли? Даже если еще не знала об этом.

Рэнсом прикасается ко мне, проводит руками по груди, животу и плечам, давая мне возможность сосредоточиться на чем-то другом, в то время как Мэлис продолжает проникать в меня. Но мое внимание невозможно отвлечь от вторжения в мою задницу. Это так сильно, так ошеломляюще, и мне кажется, будто меня разрывают на части.

Мэлис грубо выругивается у меня за спиной, и звука его неприкрытого наслаждения достаточно, чтобы заставить мой клитор запульсировать. Оргазм, который был так близок ранее, витает где-то на грани моего осознания, готовый нахлынуть в любой момент.

Ему требуется некоторое время, чтобы проникнуть полностью, и когда он наконец по самые яйца входит в мою задницу, я чуть не плачу от ощущений.

– Ты такая чертовски тугая, – шипит он. – Иисусе, мать твою.

– Уиллоу? – зовет меня Рэнсом, чтобы привлечь внимание.

Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него, и вижу вопрос в его глазах.

– Д-да. Я хочу этого. Пожалуйста.

– Хорошо. – Он целует меня в лоб, а затем двигается, проскальзывая подо мной, пока Мэлис помогает мне устоять на ногах. Держа член в одной руке, он направляется к моей киске и начинает входить в меня.

Как только в меня проникает головка, все мое тело словно загорается.

Колечки от его пирсинга делают это ощущение еще более ощутимым, и я слышу, как всхлипываю, когда он прижимается ко мне, заполняя целиком. Ошеломленная, я хватаю ртом воздух, пытаясь обрести хоть какое-то равновесие, за которое можно было бы ухватиться.

Рука Мэлиса обхватывает мой подбородок сзади, его губы касаются мочки моего уха.

– Помнишь, что ты сказала мне в тот день в душе, солнышко? – бормочет он, когда Рэнсом приподнимает бедра, проскальзывая внутрь еще на дюйм. – Ты сказала, что мне не нужно беспокоиться о том, что я сломаю тебя, потому что ты уже сломлена. Ну, я не думаю, что ты сломлена. Я думаю, ты чертовски сильна. Посмотри, как ты принимаешь моего брата.