Порочная клятва

Что с вами со всеми случилось?

Мы втроем обмениваемся взглядами, между нами возникает молчаливое общение. Мы обещали ей, что больше не будем ничего от нее скрывать, но сейчас все по-другому. У нее и так достаточно забот, не стоит добавлять к ним еще и это.

Но, наверное, она все лучше понимает нас, потому что смотрит на каждого по очереди и хмурится.

– Прекратите, – говорит она. – Не пытайтесь сообразить, как бы скрыть от меня правду. Просто расскажите, что произошло.

Рэнсом вздыхает, проводя рукой по лицу.

– Все не так плохо, как кажется. Мы просто получили пару царапин на работе.

– Задание Оливии, – добавляет Вик, как будто это еще не ясно.

Глаза Уиллоу расширяются, и она тихо ахает, выглядя испуганной.

– Что случилось? – вопрошает она. – Что она заставила вас сделать?

– Обычную хрень, – говорю я ей. – Взлом и проникновение. Это должно было быть легко, но возникли некоторые… трудности.

Я бросаю взгляд на Вика, и он кивает, прежде чем продолжить:

– Система безопасности оказалось сложнее, чем предполагалось, – объясняет он. – На объекте были собаки. Оливия забыла упомянуть об этом.

В глазах Уиллоу на секунду смешиваются горе и гнев, и она с трудом сглатывает.

Рэнсом пожимает плечами.

– Не всегда. Иногда это просто рутина. Монотонная хрень. Проблема в том, что она загоняет нас в угол. У нас едва хватает времени на день или два передышки между этими заданиями.

– Она доводит вас до предела, – бормочет Уиллоу, почти про себя.

– Да, – соглашаюсь я. – Старуха издевается, потому что знает, что может, но это ерунда.

– Ерунда? – Она вскидывает голову, повышая голос. – Она снова и снова ставит вас в опасные для жизни ситуации, и мы ничего не можем сделать, чтобы остановить ее!

– Это ерунда, – повторяю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

– Правда, – соглашается Вик. – Мы ненавидим работать на нее, но это делается для того, чтобы обеспечить твою безопасность. И это того стоит.

– Да. Мы бы сделали гораздо больше, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке, – вмешивается Рэнсом.

В мягких карих глазах Уиллоу по-прежнему читается беспокойство, и я еще больше ненавижу гребаную Оливию Стэнтон за то, что она поставила нас всех в такое положение.

Уиллоу оглядывает нас троих, прикусывая нижнюю губу. На мгновение в ее глазах появляются слезы, на лице – выражение сильной боли. Затем, кажется, что-то внутри нее успокаивается, и напряжение спадает с ее плеч. Она делает глубокий вдох и кивает.

– Я знаю, – шепчет она.

– В любом случае, сейчас это не имеет значения. – Я пронзаю ее взглядом, возвращаясь к теме, которую мы с братьями обсуждали до ее прихода. – У нас нет времени. Так что нам придется бежать.

У нее отвисает челюсть.

– Свадьба должна состояться всего через несколько дней.